Карпов

Карпов – крепость Белгородской черты, центр Карповского участка протяжённостью 24 километра. Построена военно-служилыми людьми на месте стоячего острога. Кроме гарнизона из приборных людей в ней находился солдатский полк численностью 1 522 человека (1677).
Много столетий существовало Карпово городище в верховьях реки Ворсклы. Его курганы никогда не изучались археологами. В XVI веке здесь было Карпово сторожевье, являвшееся передовым пунктом путивльских и рыльских станичников и организаторов сторожевой службы. На нём стоял первый рыльский станичный голова, наблюдавший за верхними течениями Ворсклы и Северского Донца. Карпово сторожевье находилось в стратегически важном месте: во-первых, в нескольких верстах восточнее его проходила одна из главных татарских дорог, по которой совершались частые вторжения в русские земли, – Муравский шлях, или сакма; во-вторых, через него проходила «старая посольская дорога» из Путивля к Северскому Донцу.

В конце XVI века царь Фёдор Иванович велел в «Карповом сторожевье поставить город и посылать станицы к Донцу ж к Северскому». Но город был поставлен позже. Унаследовавший престол Михаил Фёдорович решил положить конец набегам крымских татар – начала строиться Белгородская засечная черта (1635–1658). Всё это время Карпово сторожевье несло трудную и опасную обязанность – оповещало русские земли о вторжении татар по Муравской дороге (она проходила в районе нынешнего Томаровского аэродрома, хутора Домнино). Осенью 1636 года из Московского Разрядного приказа для «досмотра» будущих укреплений была снаряжена большая экспедиция под руководством дворянина Фёдора Сухотина и подьячего Евсея Юрьева, а уже в декабре в докладе экспедиции говорилось: «...а на реке Ворскле, на Крымской стороне, на берегу сторожевье Карповское, на плоском месте от реки Ворскла гора, вверх горы от воды сажень с 50. А ниже Карповского сторожевья с полверсты по Ворскле поля и сенные покосы по городской стороне». Экспедиция решила: «На Муравском шляху на реке на Ворскле поставить жилой город, а служилых людей в том городе можно устроить землями и всякими угодьями 1 000 человек».

Так как дело было «государево», экспедиция представила полный перечень затрат на строительство города-крепости Карпова: брёвен было «надобно» 6 тысяч, для охраны строителей 300 конных и 700 пеших «ратных людей», подсчитаны были также денежные затраты на их содержание. План Ф. Сухотина и Е. Юрьева с приложенным к нему чертежом 4 января 1637 года был представлен царю, который «сей росписи слушал и чертежу смотрел и указал о том сидеть бояром». 7 января Боярская дума утвердила план, однако точные сроки его выполнения не были установлены и строительство было отложено почти на десятилетие. Муравская сакма оказалась не прикрытой для крымских татар, что было очень серьёзной ошибкой, стоившей вскоре жизни тысячам русских людей. В начале сороковых годов возобновляются крупные татарские вторжения; так, в 1643 году татары несколько раз возвращались с добычей по Муравскому шляху (главным образом с русскими пленниками). В связи с этим Разрядный приказ в 1644 году снова принял решение о строительстве крепости на Карповом сторожевье. Намечалось построить пока стоялый острог. 13 апреля 1644 года состоялась его закладка. Острог строили белгородцы, а руководил строительством станичный голова Иван Рышков. 15 мая острог был готов. Летом в нём расположились 60 рыльских и севских стрельцов.

Однако большого препятствия для татар стоялый острог не представлял. Татарское войско в этом же 1644 году в количестве 30–40 тысяч человек прошло по Муравской дороге мимо Карповского острога, обогнув реку Ворсклу с востока, вторглось в Путивльский уезд, захватив в полон около 10 тысяч человек. Зимой 1645 года по Муравской дороге татары совершили новый набег. По подсчётам историка А. А. Новосельского, полон на этот раз превышал 6 тысяч человек. Указ о строительстве земляного вала, рва и других укреплений «меж города Карпова сторожевья и Белгорода» был принят 15 июня 1646 года. Город-крепость Карпов и карповские укрепления строили курские служилые люди в количестве 1 306 человек. Строительство «жилого» города началось 15 августа 1646 года и завершилось «той же осенью». Руководство строительством осуществляли воевода В. П. Шереметев и воевода, стольник И. Г. Вердеревский.

Карповский участок Белгородской черты состоял из двух резко отличавшихся друг от друга частей. Первая часть проходила по берегу Ворсклы, вторая – вдоль земляного вала. В первой половине было мало искусственных инженерных сооружений, вторая половина участка была полностью сооружена руками человека. Карповский участок начинался от устья Мощинского Колодезя. По высокому правому берегу Ворсклы (как и на соседнем Хотмыжском участке) рос лес. Вдоль берега реки была устроена засека, которая тянулась до самого города Карпова и имела ширину от 40 до 60 саженей. Здесь для татар главным препятствием была не сама река, узкая и мелкая вблизи от своего истока, а болотистая речная долина и лесная засека на высоком правом берегу. Стоялых острогов на этом отрезке Белгородской черты не было. Около города Карпова лес по правобережью реки Ворсклы кончался. Продолжать вести укреплённую линию дальше вверх по Ворскле не было смысла. Сама природа как бы побуждала русских строителей Белгородской черты сделать здесь, у урочища «Карпова сторожевья», поворот.

Карпов располагался на высоком правом берегу Ворсклы. Как и большинство городов Белгородской черты, он был деревянным. Однако в отличие от Вольного и Хотмыжска (построенных в 1640 году), стены Карпова были построены более прочно – «по-городовому». Они состояли из соединённых между собой срубов, в которых брёвна лежали горизонтально. На стенах срублено 3 проезжие и 6 глухих башен. Периметр крепости составлял 438 саженей. Город был окружён рвом, к реке был прорыт тайник. В 1647 году гарнизон города-крепости Карпов состоял из 211 стрельцов, 171 казака, 43 пушкарей, 38 драгун, 43 черкас, 4 воротников. Детей боярских в уезде было значительно меньше, чем служилых людей «по прибору»: по дворовому списку числился один сын боярский и 141 – в городовой службе. В городе имелась 21 пушка. В связи со строительством на Белгородской оборонительной черте городов-крепостей Карпова и Болховца правительством с 1646 года выдвигаются в район новой укреплённой линии полки государственной дворянской конницы, до этого выстраивающейся ежегодно у берегов Оки. Было решено: большой полк расположить в Белгороде, передовой – в Карпове, сторожевой – в Яблонове. Воеводой большого полка был назначен Н. И. Одоевский, передового – В. П. Шереметев, сторожевого – В. Б. Шереметев.

В случае вторжения татар воеводы южных городов должны двигаться со служилыми людьми к Белгороду и вступать под команду Н. И. Одоевского. Этим самым были созданы предпосылки для единого военного командования на юге России, которые продолжали развиваться в последующие годы и завершились образованием в 1658 году Белгородского полка. Строительство земляного вала считалось «государевой службой» ратных людей, находившихся в полках дворянской конницы. Осенью 1646 года были завершены основные работы – насыпан земляной вал длиной в 14 вёрст 579 саженей, на валу устроены «земляные городки», при впадении колодезя Болховца в речку Везелицу сооружён город-крепость Болховец. За валом был вырыт ров. На востоке земляной вал подходил к Северскому Донцу у устья речки Везелицы, на западе – к реке Ворскле, напротив Карпова сторожевья. Вал тянулся примерно на 30 километров. В следующем году он будет «ослонен» (то есть укреплён дубовыми брёвнами). Таким образом, земляной вал между Ворсклой и Северским Донцом перерезал Муравскую степную дорогу и закрывал путь татарам напрямик; оставалась опасность обхода укреплений, поворота татарских отрядов в сторону, но она будет устранена к концу декабря 1646 года: будут поставлены небольшие земляные валы и другие укрепления на левом берегу Северского Донца у татарских перелазов и насыпан вал за рекой Разумной. За валом с «крымской стороны» находился ров глубиной в полсажени и шириной в две сажени, что ещё более увеличивало высоту вала снаружи. На участке, примыкавшем к городу-крепости Карпову, кроме «старого» рва был и другой ров, длиной с версту, который «копан для вешней воды, чтоб не отмывало валу».

Первые поселенцы Карпова были переведены из Мценска, Курска, Орла, Переяславля, Одоева, Сапожка, Москвы. Переселяли насильно; тех, кто уклонялся от переселения, наказывали. Сохранился приказ: «Сыскать жён и детей их, посадить в тюрьму, пока мужья не сыщутся, а затем выслать их в город Карпов». Воеводе И. Г. Вердеревскому было указано, чтобы переселенцы наделялись пашенной землёй и лугами. Ссылались в город Карпов и холопы за преступления.

Кроме бедствий от нашествия степняков народ южных окраин ещё много страдал от климатических и почвенных условий; были случаи частых заболеваний. Например, в 1648 году били челом государю: «Богомольцы и холопы его нового города Карпова, попы, детишки боярские, и драгуны, и пушкари, и стрельцы, и затинщики, и воротники всем городом». – «Сведены мы, Государь, в Карпово из разных городов на вечное житьё с жёнушками и детишками, и дворишки себе построили и за грехи, Государь, наши, в Карпове напали на нас... болезни и скорби полевые, и вода, Государь, в Карпове нездорова, многие от тех болезней и скорбей помирают, целебного животворящего Креста Господня с мощами святых в Карпове нет, и твое, Государь, священное бывает Христовым без мощей... пожалей же богомольцев и холопей бедных и беспомощных, не дай, Государь, нам... напрасной смертью помереть от нахождения полевых болезней и скорбей, вели, Государь, прислать в Карпово для своего царского богомолья и для наших скорбей и болезней животворящий Крест Господа с мощами святых...».

Вероятно, это и послужило поводом к основанию в городе Карпове на берегу реки Ворсклы монастыря в 1652 году. Его назвали Троицко-Соловецким, хотя ещё называли монастырём Зосимы и Савватия, святых, мощи которых содержались в стенах монастыря. Упразднён был в 1764 году, ценности и мощи монастыря были отправлены в Соловецкий монастырь.

Всеми делами в городе ведала крепостная контора, где обретался чиновник. Это надсмотрщик. Кроме того в городе располагались и другие учреждения – кабацкая «кантора» и конная изба. Царь-реформатор Пётр I ввёл в стране должность фискала. Это чиновник, наделённый многими правами, мог лично доносить грозному самодержцу о взяточничестве и казнокрадстве. Виновного ждала грозная кара. Страх на горожан и жителей Карповского уезда наводили фискалы из «шляхетства» – из дворянства – Ермол Гринёв и Григорий Мухин.

Карповцы платили всеразличные налоги, подати. Каких их только не было! Таможенный и кабацкий, табачный и конный, с мостов и перевозов, с бань и рыбных ловель, с мельниц и постоялых дворов, с лавок и кузниц, с исковых дел и «крепостей письма»… И неудивительно, что карповцы оставались должниками государства. Царские чиновники всеми доступными средствами выколачивали эти недоимки.

Одновременно с основанием острожков и городов-крепостей происходили постройки пригородных слобод, сёл и деревень. В них поселялись служилые люди: казаки, стрельцы, пушкари, драгуны и другие. Вокруг города Карпова также сложились селения Казацкое, Пушкарное, Стрелецкое. Дети боярские драгунского строя, служившие в городе Карпове, образовали слободу Драгунскую. Население этих сёл, выполняя сторожевую службу, занималось и сельским хозяйством, и различными видами промыслов. Активно развивалась торговля. На ярмарках Карповского уезда всего более торговали хлебом, крупным рогатым скотом, птицей, а также различными изделиями кустарных промыслов.

В пяти верстах к юго-западу от города Карпова в 70–80-х годах XVII века была основана слобода Томаровка. Первыми поселенцами Томаровки были беглые крепостные крестьяне, приток которых в «украинные города» Белгородской черты как раз усиливается во второй половине XVII века. К началу XVIII столетия Белгородская черта теряет своё военно-стратегическое значение. Большие изменения происходят и в положении бывших служилых людей. В 1724 году по указу Петра I служилые люди были обращены в однодворцев, обязанных нести известные подати. Часть служилых людей «по отечеству» или «детей боярских» превращались в помещиков, наделённых землёю с жившими на ней крестьянами.

В 1802 году по новому административному делению наряду с Карповской волостью была образована и Томаровская волость, вошедшие в состав Курской губернии. Во второй половине XVIII века после завоевания Крыма Московским государством Белгородская оборонительная черта полностью утратила своё значение. Города же – Карпов и Болховец, Верхососенск и Нежегольск, Усерд и Яблонов – утратили своё стратегическое значение, пришли в запустение.

Из нынешних сёл и деревень в Карповский уезд входили: из Ивнянского района – сёла Драгунка, Богатое, Выезжее, Покровка, Сырцево, Берёзовка; из Ракитянского района – посёлок Ракитное, сёла Меловое, Большая Хрущёвка, Коровино, Венгеровка, деревня Красный Починок; из Борисовского района – сёла Порубежное и Тёплое; из Беловского района Курской области – посёлок Белая, сёла Бобрава, Пены, Лошановка, Малое Солдатское; из Яковлевского района – посёлок Томаровка, сёла Черкасское, Глинки, Мощёное, Локня, Высокое, Ямное, Раково, Кустовое, Серетино, Драгунское, Стрелецкое, Пушкарное, Казацкое, хутора Трубецкой и Шепелевка.

В статистических отчётах XIX века Карпов уже называют «бывшим городом», а село Карпово входит в Томаровскую волость Белгородского уезда. Другие сёла бывшего Карповского уезда вошли в Грайворонский, Обоянский и Белгородский уезды. А между тем ещё совсем недавно Карпов был одним из самых значительных укреплений по реке Ворскле, ибо «опричь Карповского сторожевья на реке Ворскле через Муравский шлях того места крепче нет». Такова яркая и короткая судьба города-воина Карпова и Карповского уезда.

NETDO.RU

Бесплатный конструктор сайтов