Томаровка, поселок

История Томаровки изобилует событиями, значимыми для истории страны. Территории современной Белгородской области – это часть древнего Дикого поля. Наши земляки заселяли его ещё в далёкой древности, но после татаро-монгольского нашествия оно совершенно обезлюдело.

Плодородные почвы, чистые реки, множество зверья и птиц привлекали сюда людей. Смельчаки отваживались поселяться возле лесов. Жить в этих краях было опасно: постоянными были набеги крымских татар, которые отбирали скот, зерно, угоняли людей в рабство. Татары совершали набеги на Московские земли, отчего существовавшая в те годы власть вынуждена была защищать свои границы, всё дальше отодвигая их в Дикое поле. Строились крепости «украинные» и «польские». «Польские» ничего общего не имели с Польшей, просто они стояли на Поле. «Польскими» городами одно время были Белгород, Оскол, Валуйки.

Активное заселение края началось после строительства Белгородской засечной черты с её многочисленными городами-крепостями. Под защитой Карпова начинают осваиваться близлежащие земли. Возникают поселения Мощенск, Глинск, Ямное. Об их возникновении есть документы. Долгое время считалось, что по истории Томаровки документы утрачены.

Изучая фонды судебных органов, старшему научному сотруднику Курского госархива Т. Михайловой удалось найти протоколы судебных разбирательств от 1785 года по вопросу достоверности права владения графиней Елизаветой Гавриловной Головкиной, которая получила по наследству вотчинные владения своего отца в 1726–1727 годах в Карповском (Богатинском) уезде, в том числе и слободу Томаровку. Протоколы судебных разбирательств сообщают, что слобода Томаровка ведёт свое начало с 1657 года.

Попу Микитскому (так в документе) было выделено 10 четей (четвертей), о чём сделана запись 2 сентября 1657 года воеводою Г. И. Левшиным. Вместе с попом Микитским земли на этой пустоши получил и генерал Карлос Регимонт, который позже приобрёл и участок попа. Генерал Регимонт свои владельческие земли начал заселять черкасами, которые перешли из Заднепровья и по разрешению Богдана Хмельницкого, его сына и по указу царя Алексея Михайловича были поселены на Московских землях.

Была основана деревня Добрая Поляна, позже к ней присоединились Добрай Колодезь, Добрая Буярка и другие. Все они вошли в состав слободы Томаровка.

В 1690–1693 годах генерал К. Регимонт заложил свои земли с угодьями, строениями и крестьянскими дворами белгородскому протопопу Ивану Томарову и его сыновьям – карповскому дворянину Борису и церковному Василию. Генерал не сумел вовремя выкупить заложенные земли, и они перешли во владение Томаровых. Борис Иванович Томаров начал через залоги приобретать землю у соседних помещиков, детей боярских, драгун и других лиц, владеющих ею на вотчинном праве.

В 1693 году через залог он приобрёл 160 четей сенных покосов и на этой площади стал расширять свои поселения и заселять их черкасами.
В 1698 году Томаровы заложили свои земли со всеми угодьями, строениями, дворами поселённых черкас корочанскому помещику Платону Солодилову. Томаровы не смогли вернуть залоговых денег, и слобода перешла во владение П. Солодилова. Он также ссужал деньги под залог и таким образом расширял свои владения.

Но и Солодилов был вынужден уступить свои земли графу Гавриле Ивановичу Головкину, одному из наиболее приближённых к Петру I людей, который на здешних однодворческих землях поселил слободу черкас (выходцев из Украины, им выдавалась жалованная грамота на вечное владение землёй, на беспошлинную торговлю, винокурение и тому подобные льготы). Черкассы уже в это время были мастерами кустарных промыслов, среди которых выделялся кожевенный.

Погостные наказы однодворцев Карповского уезда указывают на то, что к 1710–1720-м годам относится и перенесение «торгов и базаров Карповского уезда в черкасские слободы Томаровку, Белую (также вотчину графа Головкина) и Пену» (Наказы карповских однодворцев. Белгород, 1996. С. 57).

Граф Головкин, наряду с другими помещиками, захватывал земли, покосы и выгоны у однодворцев деревень Красный Починок, Мощёной, Тёплой, Порубежной, Коровиной, Локни; сёл Глинского, Солдатского, Боброва, Серетино, Кустового и другие (Погостные наказы Карповского уезда. С. 17, 19, 28, 43, 44–45, 47, 49–50, 54).

Таким образом, в первой половине 18-го века на территории нашего района шёл широкий процесс повсеместного захвата однодворческих земель помещиками. Отсюда, если в начале XVIII века на одного однодворца приходилось в среднем 20–40 четвертей земли и луг на 20 копён сена, то к 70-м годам – лишь несколько четвертей или вообще не одной четверти, повсеместно шёл также захват сенных покосов. Притеснения помещиков и многочисленные подати ставили однодворцев почти в положение государственных крестьян.

Являясь вотчиной графа Головкина, в которую были перенесены торги и базары из Карпова, имея значительную территорию, удобное расположение и большую численность населения, слобода Томаровка становится в середине XVIII века одним из главных населённых пунктов Карповского уезда. К тому же времени следует отнести начало перемещения социально-экономического центра нашего района из города Карпов в слободу Томаровка.

В 1802 году по новому административному делению наряду с Карповской волостью была образована и Томаровская волость, вошедшая в состав Белгородского уезда Курской губернии.

По новому административному делению адрес слободы был таким: Курская губерния, Белгородский уезд, Томаровская волость, слобода Томаровка.

В 1-й половине XIX века на основании родственных связей слобода Томаровка переходит из владения графов Головкиных к княжескому роду Салтыковых, который ведёт начало от генерала-фельдмаршала Николая Ивановича Салтыкова, председательствовавшего в Государственном Совете в 1812 году и возведённого в княжеское достоинство в 1814 году.
Социально-экономическое развитие Томаровки
в дореволюционный период
Развитие сельского хозяйства и торговли в первой половине XIX века привело к тому, что в середине века слобода Томаровка считалась «одним из важнейших торговых пунктов Курской губернии по хлебной торговле» (Россия. Полное географическое описание… С. 474).

Наивысшего расцвета достигают к середине XIX века и кустарные промыслы: кожевенно-сапожный, деревянный, киоточный, иконописный, шорный, бондарный, кузнечный. Но прежде чем охарактеризовать их развитие, необходимо пояснить следующее: слобода Томаровка в середине 19-го века была центром хлебной торговли Белгородского уезда и одним их таких центров всей Курской губернии, но основная масса населения самой Томаровки была занята кустарными промыслами, рост же продажи сельскохозяйственной продукции в Томаровке связан с деятельностью помещиков и крестьян многочисленных хуторов Томаровской и соседних волостей. Многочисленные Томаровские хутора появились в середине 19-го века и дали тот рост хлеба и другой сельскохозяйственной продукции, которыми славились базары и ярмарки Томаровки. В этом заключается одна из главных особенностей слободы Томаровки в 19-м веке.

Одним из главных кустарных промыслов был кожевенно-сапожный. Это был один из самых старых промыслов, распространённый среди малороссийского населения с 50–60-х годов 18-го века. К середине 19-го века кожевенно-сапожный промысел достиг в Томаровке своего расцвета или, по словам В. И. Ленина, превратился в «прочную организацию чисто коммерческого характера» (Ленин В. И. Развитие капитализма в России. Т. 3. Изд. 5-е. М.,1971. С. 349).

Сапоги выделывались 4-х сортов: детские – от 80 копеек до 1 рубля 50 копеек; «подсередние» для подростков – от 1 рубля до 1 рубля 75 копеек средние или женские – от 1 рубля 50 копеек до 2 рублей 20 копеек; мужские – от 1 рубля 75 копеек до 2 рублей 75 копеек. Годовой заработок сапожника был равен 100–200 рублям (Обзор Курской губернии за 1902 год. Курск, 1903. С. 12).

Крупным промыслом был киоточный (киот – рамка или ящик для иконы с застеклённой дверцей). Изготовлением киотов в Томаровке к началу 20-го века занималось до 200 человек. Киоты изготавливались шести размеров по цене от одного до девяти рублей. Среднегодовой доход киотчика составлял 325–500 рублей (без затрат к началу 20-го века).

Деревянный промысел заключался в изготовлении телег, саней, дуг, сундуков, оконных рам, столов, гнутой мебели, прялок, бочек, корыт, лопат, ложек, мисок и других. Кустари-колесники продавали на местных базарах и ярмарках сани по 3 рубля, ходовые телеги по 9 рублей, имея от саней «барыш» – 1 рубль, а от телеги – 3 рубля. Годовой доход их составлял 70–90 рублей.

Кроме названных промыслов, в Томаровке существовали также шорный, бондарный, иконописный, кузнечный промыслы. Изготовлением иконостасов для церквей занималась иконостасная фабрика братьев Гетман (Гетмановых).

Подтверждением широкого распространения и большого значения кустарных промыслов в Томаровке, в середине – второй половине 19-го века являются награды, завоёванные Томаровскими кустарями на Всероссийской сельскохозяйственной выставке в 1887 году в городе Харькове. Так, по итогам выставки, первыми в списке награждённых «по кустарному отделу» значатся братья Гетмановы, которые представили «иконостас, позолочённый, отличной работы, с живописью вполне удовлетворительной». Им была вручена высшая награда для экспонатов «кустарного отдела» – малая серебряная медаль. Этой же наградой был награждён наш земляк К. К. Василенко – за выделку кож.

Развитие земледелия и кустарных промыслов способствовало тому, что Томаровка становится и крупным торговым центром Белгородского уезда, и крупным торговым центром всей Курской губернии. «Торги» и базары в Томаровке существовали с начала 18-го века, а на протяжении 19-го и начале 20-го века они получили своё дальнейшее развитие. Из 29-ти ярмарок в Белгородском уезде во второй половине XIX века три проходили в Томаровке. Источники показывают, что «отличались они наплывом скота и предметов крестьянского потребления». Естественно, что в Томаровке шла большая торговля хлебом.

Дальнейшему развитию торговли и всей экономической жизни слободы Томаровки способствовала железная дорога Белгород – Сумы, построенная в 1885–1903 годах. Отразилось это, прежде всего, на увеличении числа ярмарок с трёх до пяти и проведении еженедельных базаров. Томаровка к этому времени представляла собой довольно крупное объединение различных промышленных предприятий. Здесь было: 10 кожевенных предприятий, 22 шубных производства, 47 ветряных мельниц, 3 паровых, 1 водяная, 12 откормочных пунктов птицы, 9 яичных складов, 5 хлебных ссыпных пунктов, 2 мыловаренных завода, 2 кирпичных, 1 спиртовой (в селе Казацком), 1 завод по производству вина «Кагор», 30 мясных лавок, 18 бакалейных, 2 заготовительных склада для овощей, 2 кондитерских предприятия, 120 бубличных и булочных производств (томаровские бублики знали в Петербурге). Имелась иконостасная фабрика братьев Гетман (Гудыменко М. П. Томаровка: история и современность... С. 20).

Ярмарки в Томаровке проводились по крупным религиозным праздникам: 9 мая – Николай Вешний, 6 декабря – Николай Зимний, 8 июля – Прокофий, 1 октября – Покров и на всеедной неделе (даты даны по старому стилю). Средний товарооборот Томаровской ярмарки равнялся 4 500–4 700 рублям. К Томаровскому рынку «тяготели» Пушкарская, Карповская, Томаровская, Бутовская (Грайворонского уезда), Болховецкая, Шопинская (Белгородского уезда), Краснянская, Кочетовская (Обоянского уезда), Лесковская (Корочанского уезда) и другие волости (Текущая сельскохозяйственная статистика Курского губернского земства, 1899 года. Курск. С. 40).

По данным 1910 года, Томаровка представляла собой крупный населённый пункт, в котором проживало 8 тысяч мужчин и 7 тысяч женщин.
В Томаровке в этот период было 40 улиц и переулков, 5 148 жилых строений, из них 22 каменные и кирпичные.

Пожарная помощь имела 8 машин и 88 бочек для воды. В полиции служили 1 пристав, 1 урядник, 7 стражников. В больнице, основанной в 1900 году, работали 1 земский врач, 1 зубной, 2 акушерки и 2 земских фельдшера. Лекарствами население обеспечивали 8 аптек. Имелась также 1 гостиница на 14 мест, 14 трактирных заведений, 2 пивных лавки, 5 лесных складов с годовым оборотом в 30 тысяч рублей, 5 складов стройматериалов с годовым оборотом в 40 тысяч рублей.

В Томаровке были одна ссудо-сберегательная касса и приют.
Народное образование Томаровской волости Белгородского уезда
в пореформенный период
Томаровская волость в XIX веке находилась в первом стане Белгородского уезда Курской губернии. В её составе находились 4 сельских общества: Добропочинковское и 1-е, 2-е и 3-е Томаровские. Народное образование в волости возникло и развивалось, в основном, в слободе Томаровке. Документы показывают, что грамотность в слободе Томаровке попервоначалу распространялась местным духовенством, дьякон и псаломщики учили детей грамоте в своих домах. Затем владелец Томаровской вотчины граф Головкин приказал открыть школу для обучения грамотности на свои средства, 2 дворовых человека, знающих грамоту, были назначены учителями, учащихся обоего пола было 40 человек. Обучение тогда было исключительно по славянским книгам.

Такая школа в Томаровке существовала до 1861 года. Со времени выхода крестьян из крепостной зависимости Томаровская школа перешла на содержание местного общества, которое учителем и законоучителем школы пригласило одного из своих священников – Иоанна Слюнина. Все учащиеся тогда же были разделены на 3 группы. Учение преподавалось по Закону Божию, чтению, арифметике и чистописанию, но производилось по буквослагательному способу. Программы по предметам отсутствовали и были введены с середины 60-х годов, когда земства приняли школы в свое ведение. С этого же времени население стало интересоваться и понимать пользу грамотности потому, что грамотным при их найме на работу отдавалось предпочтение, и военная служба требовала подготовки в грамотности.

В 1869 году по желанию общества и многочисленности учащихся в слободе Томаровке была открыта и вторая школа в отдельном помещении при одном учителе и законоучителе. Обучение во второй Томаровской школе возглавил также местный священник Д. Попов.

В 1871 году первая и вторая Томаровские школы получают статус 1-го и 2-го Томаровских земских народных училищ. Состав преподавателей был расширен за счет того, что теперь расходы на содержание училищ несли и сельские общества и земства. С 1871 года преподавателями 1-го и 2-го Томаровских училищ становятся священник Николай Маляревский (учитель и законоучитель) и учитель Матвей Каллистратов.

В 1873 году огромная Томаровская община, состоявшая из 17-ти отдельных селений, распалась на 2 части: слободу Томаровку и Томаровские хутора, каждая из которых владела особым участком пахотной и сенокосной земли. В это время Томаровская волость состояла из 4-х обществ: Добропочинковского, 1-го и 2-го Томаровских слободы Томаровки и 3-го Томаровского (Томаровские хутора), что наложило отпечаток и на развитие народного образования, но об этом чуть позже.

В 1881 году 1-е Томаровское училище подверглось пожару, который уничтожил его до основания. Тогда 1-е и 2-е Томаровские общества в 1886 году выстроили на торговой площади здание для 2-х училищ, которое обошлось в 5 000 рублей. До 1891 года 2 училища существовали в одном здании раздельно, но в этом же году, инспектор народных училищ соединил оба этих училища в одно при общем составе преподавателей: трёх законоучителях и четырёх учителях... Училище стало называться по-прежнему: Томаровским земским народным училищем, годом основания которого считается 1871 год. Училище располагалось на торговой площади, в центре слободы Томаровки, в 100 саженях от приходской (Архангельской или Михайловской) церкви. На содержание училища, например, в 1894 году было израсходовано всего 671 рубль, в том числе на содержание и награды учащимся – 341 рубль, на ремонт помещения – 60 рублей, на отопление и освещение – 120 рублей, на прислугу – 60 рублей, на книги и учебные пособия – 50 рублей, на страхование – 40 рублей. Средства на содержание училища поступили из 3-х источников: 1) от земства – 391 рубль (а это плата учащимся плюс книги и учебные пособия), 2) от сельских обществ – 240 рублей (содержание училища), 3) от волости – 40 рублей (на страховку помещения). Кроме этого белгородский уездный Совет прислал учебников и пособий на 50 рублей. Как мы видим, финансирование образования было адресным, продуманным и понятным всем. Плата за обучение не взималась. В январе 1895 года в училище числилось 284 учащихся, в том числе: 247 мальчиков и 37 девочек. Училище считалось одноклассным, но было разделено на 4 отделения: 1-е младшее, 1-е параллельное, 2-е и 3-е. Из 284-х учащихся лишь один ученик принадлежал к духовному сословию, остальные все были детьми крестьян томаровских обществ. Менее 10 % учащихся заканчивали все 4 отделения. Например, в 1893–1894 учебном году училище окончили 27 учащихся (26 мальчиков и 1 девочка). Исключений учащихся за рассматриваемый период не было.

Преподавателями Томаровского училища были 3 законоучителя: священник И. Слюнин, священник Д. Попов, священник Н. Маляревский и 4 учителя: Н. Маляревский, М. Каллистратов, Алексей Косовцев и Вера Косовцова. Заработная плата преподавателей в 1894 году составила: законоучителя – 60 рублей, учителя – 281 рубль (каждый). Причём, если законоучителя, помимо учительского содержания, имели ещё доходы от церковных приходов, то учителя других занятий и средств к жизни не имели. Учитель Алексей Косовцев нанимал на свои деньги квартиру с отоплением и освещением за 100 рублей в год.

Приём в училище проводился ежегодно с 17 августа (30 августа) по 1-е сентября (14 сентября). Занятия начинались 1-го (14) сентября и заканчивались 27 апреля (10 мая), то есть 153 учебных дня.

Кроме названных уже предметов: Закона Божьего, чтения, арифметики и чистописания (правописания) преподавалось также пение (учителя Косовцев и Каллистратов), рукоделие для девочек (учительница Вера Косовцова, с 1888 года). Платно, за 5 рублей в месяц, в Томаровском училище отставным офицером преподавалась гимнастика.

Среди учебников и пособий, используемых в Томаровском училище, были: «Священная история» Афинского, св. Евангелие, Псалтырь, Часослов, Грушевский, «Наше родное» Баринова, годы 1, 2, 3, «Азбука» Бунакова. До 1892 года, когда произошли перемены с учебниками, употреблялись Азбука Бунакова, «Родное слово, год II» Ушинского и «Книга для чтения» Паульсона. Кроме этого использовались славянские книги.

Ученики из бедных семей получали учебники бесплатно от белгородского уездного Совета, на средства белгородского земства; а состоятельные ученики приобретали учебники сами. Из наглядных пособий имелись: «Священные картины», издание Сидорского (100 экземпляров), глобус (1), карты Европейской России (2) и карта Палестины (1). Большинство учащихся, окончивших полный курс Томаровского училища, полученным образованием ограничивались. Часть выпускников поступала в средние и высшие учебные заведения. Так, из 84-х выпускников 1892–1894 годов выпуска продолжали учиться в других низших учебных заведениях – 10 человек, а в средних учебных заведениях – 8 человек. Таким образом, Томаровское земское народное училище являлось одним из главных учебных заведений для детей крестьян 1-го и 2-го Томаровских обществ и, по всей видимости, Добропочинковского общества, которое располагалось в полуверсте от Томаровки. Сложнее обстояло дело с образованием детей крестьян 3-го Томаровского общества, которое состояло из 16-ти хуторов, рассеянных на пространстве 25-ти вёрст. После упомянутого нами раздела 1873 года Томаровской общины на две (слободу Томаровку и Томаровские хутора), на протяжении 10-ти лет жители ближайших к Томаровке хуторов отдавали своих детей учиться одному заштатному дьякону, с платой 35 копеек в месяц и 1 пуд муки в зиму. Но в 1883 году дьякон умер и перед жителями хуторов встал вопрос: как поступить? На помощь крестьянам пришёл преподаватель Томаровского училища священник Н. Маляревский, который предложил открыть «подвижные школы», при условии, если общество будет отводить помещение, доставлять отопление, учебные принадлежности, квартиру и стол для учителя, и платить по 75 рублей в год на каждую школу. Это предложение крестьяне приняли весьма охотно. 15 сентября 1884 года были открыты 2 школы – одна на хуторе Дубинине, другая – на хуторе Козачево. Школы помещались в крестьянских избах, где жили и хозяева. Школьная мебель была сделана самими крестьянами. Учительствовать в школах начали два 15-летних мальчика – один сын томаровского крестьянина, другой – сын дьячка. Получали они по 30 рублей жалованья в зиму и пользовались бесплатным ночлегом и столом поочередно у родителей учащихся. Эти юные учителя окончили курс Томаровского училища. Занятия велись ежедневно от восхода солнца до сумерек, при двух переменах. В каждую школу ходили дети соседних 5-ти хуторов на расстоянии не далее 3-х вёрст. Общее руководство учебным процессом принадлежало священнику Н. Маляревскому, который еженедельно по воскресеньям и праздничным дням наезжал в школы, давал уроки Закона Божия, производил испытания пройденного и определял план занятий на следующую неделю. Через каждые два месяца школы меняли своё местонахождение и производили новый набор учащихся. Осенью 1884 года в Дубининской школе было 54 учащихся (53 мальчика и 1 девочка), а в Казачевской – 40 мальчиков. Эти 2 «подвижные школы» были, по всей видимости, единственными в Белгородском уезде.

Помимо уже названных учебных заведений Томаровской волости, на рубеже Х1Х–ХХ веков в слободе Томаровке существовали: Томаровское 2-классное образцовое училище Министерства народного просвещения, располагавшееся на земле 2-го Томаровского общества с числом учащихся около 300 человек, при 5-ти преподавателях, а также 2 церковноприходских школы, расположенных в церковных сторожках при Казанской и Николаевской церквях. В Казанской школе число учащихся колебалось в пределах 20–30 человек, а в Николаевской – в пределах 40–50 человек. Обучение в церковноприходских школах вели священники, дьяконы и псаломщики этих же церквей.

Кроме этого, в 70-е – начале 80-х годов XIX века, по инициативе всё того же священника Н. Маляревского, в Томаровке было учреждено Томаровское женское начальное училище с числом учащихся 100 человек, при 2-х преподавателях. Вполне возможно, что впоследствии женское начальное училище соединилось с Томаровским земским училищем, которое из-за преобладания учащихся мальчиков над девочками называли «мужским». Этот вопрос требует дополнительного изучения.

Общий итог нашего исследования таков: народное образование Томаровской волости Белгородского уезда в пореформенный период осуществлялось целой сетью учебных заведений, а именно: двумя церковноприходскими одноклассными школами при Казанской и Николаевской церквях; двумя начальными земскими училищами (Томаровским мужским и женским), которые, по всей видимости, соединились в одно Томаровское земское начальное училище (также одноклассное), и Томаровским 2-классным образцовым училищем Министерства народного просвещения. Жители Томаровских хуторов обучали детей грамотности в двух «подвижных школах».

В середине 80-х годов XIX века при общем числе жителей Томаровской волости 11–12 тысяч человек (колебания вызваны уходом части жителей на заработки в южные губернии) количество учащихся всех учебных заведений составляло около 900 человек. Выдающуюся роль в возникновении и развитии народного образования Томаровской волости (как, видимо, и других территорий) сыграло православное духовенство, которое обучало и воспитывало детей как через сеть церковноприходских школ, так и через сеть одноклассных и двухклассных училищ. (Белгородская область вчера и сегодня (к 45-летию образования области): материалы региональной научно-практической конференции. Т. 1. Белгород, 1999. 224 с.)
Здравоохранение
В 1895 году первое и второе Томаровские сельские общества впервые обратились с прошением в Курское губернское земство и Белгородскую земскую управу о необходимости постройки лечебницы в слободе Томаровка, мотивируя это большим скоплением торгового люда на ярмарках и свирепствованием эпидемий заразных болезней в Томаровской волости. Однако в просьбе было отказано по причине отсутствия средств на эти цели в смете расходов на народное здравие.

Но инициаторов строительства это не остановило, и в 1897 году они повторно обратились с прошением в Курское губернское земство, пожертвовав при этом 1 000 рублей на начало строительства, и сметная комиссия постановила: строить Томаровскую больницу в следующем, 1898 году. Строительство велось подрядным способом под непосредственным наблюдением Белгородской управы.

Все здания были деревянными (два из них сохранились до наших дней – дом врача и покойницкая).
Подводя итог социально-экономического развития нашего края в дореволюционный период, приведем данные сельхозпереписи 1916 года по Курской губернии:
Основные данные Томаровская волость Карповская волость
Общее число хозяйств 1 986 1 582
Из них беженских 56
Население: мужчин 5 175 4 092
Женщин 6 475 5 206
Всего 11 650 9 298
Лошадей рабочего возраста 1 503 2 005
Всего 1 848 2 690
Крупного рогатого скота 2 519 2 956
Овец 9 902 926
Свиней 739 624

Следует учитывать, что уже 2-й год шла Первая мировая война, и поэтому мужское население и лошади мобилизовались государством для нужд армии. Отдельной темы заслуживает порядок, или строй народной жизни до революционных событий 1917 года. Как мы помним, слобода Томаровка практически с момента своего основания была заселена черкасами – выходцами из Украины. Это наложило неизгладимый отпечаток на всю последующую историю Томаровки. Именно черкасы стали основателями важнейших кустарных промыслов в нашем крае ещё с 18-го века, а в 19-м – начале 20-го века потомки прославили слободу Томаровку не только на всю Курскую губернию, но и на всю Россию.

Своеобразен был и быт томаровцев – потомков черкас: белые, мазанные глиной, домики с глиняным же полом, одежда украинского покроя, своеобразный говор, набожность.

Томаровка, основанная на левом, болотистом берегу Ворсклы, за два столетия создала удивительную по практичности и красоте систему осушения и отвода излишков воды с улиц и огородов в реку Ворсклу. В низких местах и на время распутицы были насыпаны земляные валы. Все эти сооружения ежегодно приводились в порядок руками жителей Томаровки, воспитывали подрастающее поколение в любви и красоте.
Любопытны сведения о стоимости некоторых предметов и услуг на 1910 год: средняя стоимость квартиры (более 6 комнат) – 20 рублей в месяц, средней квартиры (4–6 комнат) – 15 рублей, малой (менее 4 комнат) – от 6 до 10 рублей; угля каменного (1 пуд) – 18 копеек; керосина (1 фунт) – 5 копеек; свечи (стеариновой) – 30 копеек.

Средняя наёмная плата домашней прислуги: мужской (повар, лакей, кучер) – от 7 до 10 рублей, женской (кухарка, горничная, няня, прислуга) – от 4 до 5 рублей; подённые платы чернорабочих: мужчин – 50 копеек, женщин – 35 копеек.

Средняя стоимость предметов первой необходимости (в копейках):

1 фунт печёного ржаного хлеба весной и летом – 2 1/2, осенью – 2, зимой – 3;

1 фунт пшеничного хлеба – весной – 5 копеек, летом, осенью, зимой – по 4 копейки;

1 фунт мяса лучшего сорта – весной – 17 копеек, летом, осенью и зимой – по 16 копеек;

1 фунт худшего сорта – весной – 15 копеек, летом и осенью – по 12 копеек, зимой – 11 копеек;

1 фунт соли стоил в любое время года 1 копейку;

1 фунт сахара в любое время года – 15 копеек (ГАКО. Ф. 1. Оп. 1. Д. 211. Л. 189–202).

На протяжении XIX и начала XX веков территория слободы Томаровки разделялась на три части: сначала негласно, по церковным приходам или престолам (Казанская, Михайловская и Никольская церкви) с соответствующими погостами (кладбищами), а впоследствии официально – по административным единицам: 1-е, 2-е, 3-е Томаровские общества и Добропочинковское общество, которые подчинялись Томаровскому волостному правлению. Каждое общество имело во главе сельского старосту, который надзирал за порядком на вверенной территории, доводил до населения распоряжение властей, вёл учёт домашнего скота жителей и т. д.

Организованно и чётко действовали земские органы: губернские и уездные собрания, которые занимались содержанием школ, больниц, строительством дорог, благоустройством территории и других.
Томаровка в XX веке
Первые годы XX века были тяжёлыми для жителей слободы в связи с неурожаем, охватившем всю страну, и начавшейся в 1904 году русско-японской войной. Большинство крестьян было малоземельными, лучшие земли были в руках кулаков и помещиков.

Помещик Иван Михайлович Сегедин имел 150 десятин свободной земли и до 200 десятин арендованной. Помещик Гринёв имел до 100 десятин земли и спиртной завод. Князь Головко арендовал на территории наших земель до 150 десятин. Помещик Гетман имел 150 десятин земли и паровую мельницу. Его брат имел иконостасную фабрику. Зажиточные томаровцы Солодовников Николай Иванович арендовал в Мощёном и Неведомке до 150 десятин земли. Сегеда Иван Дмитриевич арендовал до 150 десятин земли. Рутенко имел 40 десятин. Купец Шевченко имел 40 десятин земли и вёл обширную торговлю. Шекун имел до 100 десятин земли и паровую мельницу. В руках церкви имелось до 100 десятин земли. Графиня Клейнмихель имела до 300 десятин земли и леса.

В 1904 году в Томаровке среди молодёжи был организован революционный кружок. Руководителем был учитель земской школы Иван Петрович Денека. Он разучивал с молодёжью революционные песни «Варшавянка», «Интернационал» и другие, призывал к борьбе против церкви и царизма, за что его предали анафеме, а в 1905 году арестовали и сослали на каторгу. Его дело продолжили Приходченко Пётр Фёдорович и Солодовников Николай Петрович. В их группу входили Рутенко Фёдор Герасимович, Калашников Павел Иванович, Гнилицкий Андрей Фёдорович, Григоров Павел Фёдорович, Солодовников Козьма Андреевич, Степаненко Михаил Иванович, Степаненко Василий Иванович.

Они проводили маёвки, выпустили 2 прокламации, призывая к революции. Ещё в 1901 году членами этой группы была организована забастовка в хозяйстве Сегедина Ивана Михайловича. Революционеров гнали из Борисовки (где имелся этапный двор) через Томаровку на Яковлево (где тоже был этапный двор). Группа молодёжи решила освободить заключённых. Через Солодовникова Николая Петровича, работающего писарем в управе, достали бланки паспортов, добыли денег у кустовской помещицы. Спасти им удалось только одного. Они устроили ему побег, снабдили паспортом и деньгами. Члены этой группы принимали участие в восстании в селе Кустовом в 1905 году. Членов революционного кружка почти всех арестовали. Освобождены они были революцией 1917 года.

До первой империалистической войны, по данным 1910 года, в самой Томаровке имелось жителей до 15 000 человек. Мужчин – 8 000, женщин – 7 000. Земельная надельная площадь исчислялась 500 десятин или 64 квадратных саженя на душу. Домов всего было 5 148, в том числе каменных крытых железом – 22, деревянных, крытых соломой, – 5 126 (ГАКО Ф. 1, 01. Д. 211).

Война 1914 года легла тяжёлым бременем на плечи жителей наших мест. В начале войны произошла забастовка сезонных и подённых рабочих у помещика Сегедина Ивана Михайловича. В годы войны часть жителей Томаровки выехала в города и другие районы страны. Большинство мужчин призывного возраста были мобилизованы на фронт, и большинство из них не вернулись домой.

После победы февральской буржуазной революции в Томаровке была организована земская власть во главе с купцами Шевченко и Ладыгиным. Секретарём был С. А. Иванчихин.

В июле 1917 года из вернувшихся с фронта солдат и матросов организовалась группа во главе с Ерёменко Андреем Афанасьевичем. Когда в августе долетела весть о разгроме корниловского мятежа, революционная группа свергла купеческую верхушку, и было создано волостное управление, председателем которого был избран Слюнин Павел Иванович.

В революционную группу входили Семененко Тихон Степанович («Буремка»), Калашников Фёдор Васильевич («Коровко»), Чупрынин Андрей Степанович, Рогулин Егор Михайлович, Калашникова Зинаида Александровна, Ерёменко Иван Яковлевич, Чеховской Кирилл Лаврентьевич. Эта группа поддерживала связь с революционным белгородским комитетом.

Советская власть в Томаровке была, как и по всему Белгородскому уезду, установлена в середине ноября (точнее, 12–15 ноября 1917 года).
30 октября (12 ноября) в Белгороде Советы взяли власть в свои руки. По всему Белгородскому уезду были посланы от Белгородского ревкома представители для организации установления советской власти. В Томаровку был послан товарищ Мартынов. Был создан волостной ревком. Председателем волостного ревкома был избран Ерёменко Иван Яковлевич, секретарем – Чуенко Григорий Дмитриевич, заместителем председателя – Чупрынин Андрей Степанович, военкомом – Саенко Андрей Иванович, комиссаром милиции – Семененко Тихон Степанович, комиссаром связи и путей сообщения – Рогулин Егор Михайлович, комиссаром по продовольствию – Калашников Фёдор Васильевич, народным судьёй – Мирошников Павел Дмитриевич

В первые же дни ревком организовал в посёлке милицию для охраны порядка, конфисковал и национализировал дома помещиков, кулаков и купцов и занялся распределением земель беднякам и середнякам. Но враги пытались задушить молодую советскую власть. На Белгород, как крупный стратегический пункт и железнодорожный узел, был направлен основной удар белогвардейской армии Корнилова. Казачьи и офицерские части генерала Корнилова, отходившие на юг после разгрома их под Петроградом, появились в наших местах в ноябре. Они двигались на Белгород через Томаровку со станции Герцевка. 27 ноября под Томаровкой произошёл бой.

Газета «Русское слово» (Харьков) сообщала: «...Сражение произошло в 28-ми верстах от Белгорода, вблизи станции Томаровка и носило ожесточённый характер. Сражение продолжалось весь день и всю ночь. Число раненых и убитых громадно.

По сообщению белгородского революционного комитета, первый эшелон ударных корниловских батальонов разбит и поезд захвачен. После этого подоспели на помощь ещё 5 остальных эшелонов. Завязалось новое сражение, исход которого до сих пор неизвестен».

Против корниловцев белгородские большевики мобилизовали все силы. На помощь им были присланы красногвардейцы и матросы из Петрограда, Москвы и Харькова. Корниловцы отступили на Герцевку, высадились и пешим строем прошли в обход через наши сёла Черкасское – Бутово – Дмитриевка – Козьмодемьянское, пытаясь пройти к станции Сажное. Но на полях села Крапивное им преградили путь матросы и красногвардейцы. Произошёл сильный бой, где были разгромлены основные силы корниловцев. Принимали участие в разгроме корниловцев и томаровцы во главе с Саенко Андреем Ивановичем и Рогулиным Егором Михайловичем. Разгромив корниловских мятежников, большевики все силы бросили на укрепление советской власти.

Революционный комитет Томаровки наводил революционные порядки в волости. В январе–феврале 1918 года много сил уделялось в оказании помощи беднякам в подготовке к севу. В это время большую деятельность проявлял ревком по вопросу обучения детей. Была создана комиссия по народному образованию. Во главе её стоял П. И. Слюнин. Большие меропроиятия проводились по снабжению топливом школ, больниц, учреждений и семей бедняков.

Опорой комитета были бедняки и середняки. Большую помощь оказывала молодёжь. Активно участвовала во всей работе по укреплению советской власти Сидоренко Варвара Давыдовна, акушерка больницы, дочь портного, казнена врагами революции в 1919 году.

В феврале 1918 года во время сходки, где решался вопрос о разделе земель Гетмана, Сегедина, Солодовникова и других, у дома, конфискованного у купца Шевченко Андрея Михайловича, кулаки начали мятеж. Они стреляли по представителям советской власти. Руководители Ревкома укрылись у бедняков и родственников, а Рогулин Егор Михайлович бросился к зданию почты, чтобы позвонить в Белгород и попросить помощи, но путь к зданию ему отрезали. Тогда Рогулин бросился к железной дороге, думая попутным поездом добраться до Белгорода. Его преследовали бандиты Шевченко Макар и Иванчихин Григорий. На 6-м километре от станции в сторону Белгорода бандиты настигли Рогулина и зверски убили его. Враги нанесли ему 18 ножевых ран.

Рогулина Е. М. похоронили в Томаровке на площади. Первому революционеру, борцу за советскую власть томаровцы поставили памятник.
Зимой 1918 года советское правительство все силы бросило на укрепление республики. Но весной после срыва брестских переговоров о мире, используя предательство украинских буржуазных националистов, германские империалисты захватили Украину и часть Российской Федерации, в том числе и наши места.

Наступление на Белгород немцы вели со стороны Томаровки, которую они оккупировали 25 марта 1918 года. Белгородский отряд под командованием Годуна, упорно дрался за город. Три дня шли бои, но немцы подбросили огромные силы, и красногвардейцы отступили в сторону Курска. Немцы дошли до станции Сажное и остановились на этом рубеже. Революционный комитет из Томаровки эвакуировался. Оккупировав Томаровку, немцы установили жестокий режим. Они отбирали у населения скот, хлеб, вещи. С приходом немцев вновь подняли головы купцы, торговцы и кулаки. Они преследовали семьи революционеров.

Немцы стояли до ноября 1918 года. В ноябре, в связи с революцией в Германии, советское правительство мобилизовало все силы на освобождение земель, оккупированных немцами. К концу ноября наша территория была освобождена. В Томаровку вернулись бывшие члены революционного комитета. Ими была восстановлена советская власть в Томаровке и окружающих сёлах. Председателем волостного революционного комитета был избран Семененко Тихон Степанович, заместителем его – Чупрынин Андрей Степанович, секретарём – Кайдашов Василий Николаевич. Жизнь постепенно налаживалась. В деревнях были созданы общественные фонды для помощи беднякам в проведении весеннего сева. Но посеянное не успели убрать.

В июле 1919 года деникинские белогвардейские банды заняли Белгород. В это время молодая Советская Республика была в кольце фронтов. На севере и юге, западе и востоке шла ожесточённая борьба с интервентами и белогвардейцами. Все крупные города Украины были заняты деникинцами и белополяками. У Петрограда стоял Юденич.

Деникинцы бесчинствовали, издевались над населением. Упорную партизанскую борьбу с врагами вели подпольщики, во главе которых стояли большевики. Деникинцы установили виселицы на базарной площади Белгорода. Они повесили ряд партизан, среди которых была и жительница Томаровки Сидоренко Варвара Давыдовна. В ожесточённых боях Красная Армия разгромила банды деникинцев. 19 декабря 1919 года Белгород был освобождён, а 20–21 декабря освободили и Томаровский район. Народ приступил к мирному строительству.

После изгнания деникинских банд председателем волисполкома был избран Герусов Василий Иванович. В это же время в Томаровке организовывается партийная ячейка во главе с Колосовым Емельяном Федосеевичем.

В 1920 году председателем волисполкома был избран Е. Ф. Колосов. Он руководил до 1922 года. Партийную же ячейку возглавлял Марков Михаил Харитонович, а с 1922 года партийная ячейка была преобразована в волостной комитет партии, секретарём был избран тот же М. Х. Марков

В конце 1922 года была создана и волостная комсомольская организация, секретарём её избрали Молчанова Павла. С 1922-го по 1924 год председателем волисполкома работал Чупрынин Андрей Степанович. С 1924-го по 1925 год председательствовал присланный Шуран Иосиф Петрович. С 1925-го по 1927 год на посту председателя волисполкома был Гудименко Василий Филиппович.

Новая экономическая политика двадцатых годов дала большой стимул в развитии всех отраслей промышленности и сельского хозяйства. В этот период индивидуальное сельское хозяйство только набирало силу после военной и революционной разрухи.

В Томаровке к тому времени насчитывалось более двух тысяч дворов и до одиннадцати тысяч жителей. Крестьяне, получившие земельные наделы, в большинстве были малоимущие, безлошадные. Достаток им доставался неимоверно напряжённым трудом, большой бережливостью всего имущества и инвентаря. Крестьяне бережно относились ко всем продуктам, в особенности к покупным: соли, керосину, спичкам. Вот один из примеров. В 1920 году хуторянин Борис Николаевич Бабич, когда получил надел земли на 8 душ, имел одну лошадь, одну корову и до десятка овец. Семья была большая: он с женой, пять сыновей и дочь. Глава семьи экономил на всякой мелочи. Коробок спичек стоил 10 копеек, в коробке 52 спички. Они были толще настоящих, и Борис Николаевич их перекалывал надвое, делал 104. Каждую свободную минуту он занимался колкой спичек, которые использовались лишь для растопки печки или для зажигания лампы, фонаря. Как и все хуторяне, семья Бабич брала у слободчан Томаровки в аренду наделы, обрабатывала их. За пользование землёй они платили установленную на то время арендную плату. Питалась семья вкусно и сытно, но работали все от рассвета до темна. В 1926 году семья имела уже пять лошадей, четыре коровы с приплодом, около сотни овец. Были куры и гуси. Каждый базарный день Бабичи везли творог, сметану в Белгород или на базар в Томаровку. Яйца, овощи и скот закупали кооперативы.

Но хлеб и другие продукты сельского хозяйства не давали достаточных прожиточных средств для жителей слободы. Источником дополнительного дохода было большое по тому времени кустарно-ремесленное производство, подъём которого, как раз приходится на 20-е годы.

В списке кустарных промартелей Белгородского округа за 1929 год по Белгородскому уезду в Томаровке значатся: кузнечно-обозная «Путь вперёд», швейные «Белошвейка» и «Швейник», овчинно-шубная «Шубник».

В Томаровке одним из основных кустарно-ремесленных производств было кожевенно-сапожное, в год перерабатывали до 10 000 шкур. Из них ремесленники вырабатывали юфть, хром, подошвы и сыромять, шили отличную обувь, в особенности женские сапожки «парижского фасона». Шорники изготовляли шлеи, уздечки и прочую конскую упряжь.

Овчинно-шубное производство перерабатывало более 20 тысяч овчин, из них шили мужские и женские шубы разных фасонов и окрасок: от коротенького полушубка красной окраски до роскошной женской шубы черной окраски, шили шапки всех видов, фасонов и со всех видов меха.

Сырьём шкур и овчин снабжали ремесленников окрестные хутора и сёла, завозили их и из других районов. Были кроме шубных портных – «кравцов» – портные и модистки, шившие отличные мужские костюмы и пальто, платья и жакеты.

Кузнечно-обозное производство изготавливало хода-повозки, тачанки, фаэтоны, сани-розвальни. Леон Мантулин, семья которого из поколения в поколение занималась кузнечно-обозным ремеслом, в своих воспоминаниях писал: «В конце лета 1920 года томаровцы провожали в Красную Армию группу новобранцев. Был в их числе и я, молодой сельский парень. Ехали мы в Белгород, где был сборный пункт. А дальше, согласно предписанию, мне предстояло отправиться для прохождения службы в Брянск. Но всё получилось иначе. В Белгород прибыли представители вновь формирующегося в Воронеже стрелкового полка. Требовались мастера колёсных дел. На вооружении нового полка было много тачанок с пулемётами, и без людей, умеющих мастерить и чинить колёса, обойтись было просто невозможно. А я владел этой специальностью в совершенстве. Так и попал я вместо Брянска в Воронеж».

Другие делали сельхозинвентарь: плуги одноконные, бороны, культиваторы и разнообразный домашний инвентарь, а также подковы, подковывали лошадей.

Кроме этих, основных, было множество мелких кустарей и ремесленников. Они делали прялки, берда (приспособления для домашних ткацких станков), мебель, сундуки, шкафы и стулья, а также оконные рамы и двери. Бондари мастерили кадушки, ушаты. Гончары выделывали глиняную посуду, крынки, миски, кувшины. Шерстобитчики катали-валяли валенку и сукно домашнего изготовления.

Особой гордостью была Гетмановская иконостасная фабрика, делавшая иконостасы и писавшая иконы для них.

Из около двухсот больших и малых иконостасных фабрик, имевшихся в то время в России, томаровская фабрика занимала второе место.
Её изделия отличались большим искусством резьбы по дереву, высокими художественными и архитектурными композициями. Отличная работа томаровских мастеров была удостоена 97-ми золотых, серебряных, бронзовых медалей, похвальных грамот.

Славились томаровцы мастерами строительных профессий: каменщиками, плотниками, кровельщиками-жестянщиками, штукатурами-лепщиками и малярами-альфрейщиками, которые совместно со штукатурами-лепщиками отделывали лучшие здания и дворцы Москвы, Харькова, Одессы и других городов.

В Томаровке делали кирпич-сырец, из-за отсутствия топлива обжиг кирпича был небольшой.

В слободе была развита переработка продуктов сельского хозяйства. На её территории имелось 56 ветряных мельниц (1926), две паровые, которые вырабатывали крупчатку всех сортов. Хлебопёки, булочники, бубличники выпекали всевозможные хлеба, булки, бублики, пряники простые и фигурные.

Маслобойки вырабатывали масло из подсолнечника и семян конопли, крупорушки делали гречневую, ячменную крупу, пшено.

Вёлся большой убой скота, как на кооперативных, так и на небольших частных бойнях.

В слободе было около десятка яично-птичных складов, работавших круглосуточно. В весенне-летний период люди занимались сбором, сортировкой и отправкой яиц. Осенью и зимой – откормом и убоем гусей, кур и уток. Вся эта продукция паковалась в специальные ящики и отправлялась вагонами в промышленные районы страны и за границу. Этим в слободе занимался филиал акционерного обществ «Совкоопторг».

Другое акционерное общество – «Ленкоопторг» – занималось заготовкой и переработкой фруктов и овощей. В слободе был свой овощесушильный и квасильно-засолочный завод, где сушили лук, картошку, морковь, яблоки и груши, засаливали огурцы, квасили капусту. Многие заготовки велись в индивидуальных хозяйствах. Всё это отправлялось вагонами в свежем и переработанном виде в промышленные районы Урала и в Петербург, а часть – за границу.

В эти годы сильно укрепились хозяйства семей Калашниковых, Сегединых, Солодовниковых, Василенко, Шевченко, Рутенко и другие. В слободе Томаровка была широко развита торговля. Кроме трёх магазинов потребкооперации, имелось около двух десятков частных магазинов, лавок и ларьков. Мясной ряд состоял из маленьких (до двух десятков) лавчонок и ларьков частных торговцев, торговавших ежедневно с пяти до девяти утра большим выбором мясопродуктов. Особенно много было ларьков хлебопёков с горячим хлебом в любое время суток.

Работали специализированные магазины, торговавшие вином и водкой. Большой популярностью у жителей пользовались Госспиртовский и книжный магазин Госиздата, открытые в 1924 году в большом каменном, бывшем купеческом, магазине.

Базары в слободе проходили три раза в неделю. С раннего утра до полудня шла здесь торговля. На рынке можно было купить всё необходимое для хозяйства того времени: лошадь с повозкой, и себя одеть в костюм и шубу, обуть в сапоги и валенки. На всё требовалось времени не более двух-трёх часов. Стоило только обратиться к одному из купцов, как тут же вам старались всё принести и привезти с примеркой и выбором.

Томаровка славилась ярмарками, в году их было семь, и каждая длилась от трёх до пяти дней. На них собирались до двух тысяч подвод торговцев, кустарей-ремесленников и покупателей. Крестьяне вывозили свои излишки зерна и скота и других продуктов. Ярмарки подразделялись на сезоны: весенне-летние и осенне-зимние. Последние отличались обилием в продаже скота, продуктов сельского хозяйства, кустарно-промышленными товарами, в особенности шубами, обувью. Это были не только торжища, но и большие праздники с каруселями и скоморохами, а ярмарочный шум перекрывал колокольный звон трёх церквей.

Кредитное сельскохозяйственное товарищество торговало и отпускало в кредит всем плуги, бороны, сеялки, жатки, косилки, молотилки – всё на конной тяге, закупало зерно.

С осени 1927 года сложившийся томаровский уклад жизни за последние годы стал меняться. Началась активная подготовка к индустриализации и коллективизации.

Многие мелкие, да и большие магазины частной торговли прекратили своё существование из-за непосильного налога. За его неуплату конфисковывались товары, а по необходимости и всё имущество, вплоть до дома.

Кустарей начали объединять в промысловые артели и кооперативы. Были созданы первые две промысловые артели: кузнечно-обозная «Путь вперёд» и овчинно-шубная «Шубник». Остальные кустарные промыслы прекратили своё существование. Не стало и большого кожевенно-обувного производства. Все другие ремесленники и кустари начали покидать Томаровку.

Предприятия, перерабатывающие сельхозпродукты, были национализированы: маслобойки, крупорушки, яично-птичные склады. Их передавали из одной организации в другую, из одного ведомства в другое.

Застроена Томаровка была в основном небольшими деревянными хатами, крытыми соломой. Лишь дома купцов и зажиточных ремесленников были кирпичные, крытые железом, с красивой архитектурной отделкой фасадов. До сих пор сохранился дом ремесленника А. С. Мощенского по улице Магистральной, 26. В 1932 году хозяин был по ложному доносу осуждён и выслан в Вологодскую область (реабилитирован Указом КГБ СССР по Белгородской области от 16 января 1989 года). В 1991 году дом был возвращён детям А. С. Мощенского

Особой архитектурой выделялся ансамбль застройки иконостасной фабрики, стоящей в центре слободы. Больших промышленных зданий не было, все промышленные производства размещались в небольших деревянных постройках.

На начало 20-х годов в слободе было пять школьных зданий, четыре школы 1-й и одна 2-й ступени. Занятия начинались с 17 сентября. В школах обучалось помногу детей. Так на 8 учителей, работавших в Томаровке на тот период, в среднем приходилось по 77 учащихся. Не один раз заведующие школ обращались в Уездный общий отдел с просьбой увеличить число учителей.

При школах с января 1921 года начали работать избы-читальни. Так, например, песочинская изба-читальня имела книжный фонд 63 экземпляра книг. Читателями состояло 60 человек. Годовая книговыдача составляла 87 книг. Изба-читальня обслуживала зону в 400 человек. Заведующей была учитель этой же школы Тихомирова Татьяна Михайловна. Лахтинская изба-читальня имела фонд 52 книги, читателями состояло 30 человек. Годовая книговыдача составляла 78 книг. Расположена она была в доме заведующего школой З. И. Ширяева. Избы-читальни работали только по воскресным дням.

Была своя гимназия, а также комплекс зданий земской больницы, три каменные большие церкви.

Уклад жизни людей был организован по исстари заведённому обычаю. В воскресные и праздничные дни старые и молодые жители утром шли в церковь. После обедни и домашнего отдыха зимой собирались вечеринки молодых и посиделки пожилых в специально нанятых в складчину хатах. На каждой улице – по две, мужчины и женщины отдельно. Вечеринки парни и девушки проводили вместе, в погожие зимние вечера катались на санках, возили друг дружку.

Знаменательным событием для жителей слободы было открытие в слободе Народного дома, построенного в 1923–24 годах с большим залом и галереей на 600 посадочных мест. В нём имелись и кружковые комнаты.

Библиотека в слободе была открыта 1 января 1921 года. Один из жителей вспоминает: «Когда я впервые зашёл в библиотеку, то был ошеломлён: красивая массивная мебель, много вокруг книг в ярких красивых тиснённых золотом переплётах. Казалось, я попал в божественный храм…». Под библиотеку был отдан дом богача Шевченко с красивой дубовой резной мебелью. Фонд библиотеки был сформирован из книг, изъятых у местных помещиков и богачей, подаренных интеллигенцией села Томаровка.

В 1928 году библиотека стала районной и переехала в новое двухэтажное здание (ныне пер. Коммунальный), где ей был отдан весь второй этаж (во время второй немецкой оккупации это здание было сожжено). С января 1921 года начали свою работу и библиотеки при школах Томаровки.

С постройкой Народного дома и открытием библиотеки в церковно патриархальном укладе томаровцев произошли большие изменения. В читальных залах в воскресно-праздничные дни с утра и до вечера было полно народу. В нижнем зале проводились лекции, вечера вопросов и ответов, диспуты на разные житейские темы. Верхний зал, где были многие издаваемые в то время газеты и журналы, заполнялся читателями до отказа. В Нардоме ставились спектакли и концерты самодеятельных артистов. Зимой и летом в праздничные и воскресные вечера здесь собирались молодёжные гуляния, играли гармошки, проводились танцы. Летом, в свободное от полевых работ время, жители Томаровки гуляли на лужайках и в левадах, играли в разные массовые игры, такие как «третий лишний», «горюн гри», а также пели, танцевали.

В саду возле Нардома часто играл духовой оркестр. Все это до 11 часов ночи. Несмотря на то, что водку и вино в шинках продавали до 12 часов ночи, пьяных на гулянии не было.

Томаровка имела три больших церковных хора, руководимых квалифицированными дирижёрами. Особо славился хор Михайловской церкви, из которого в будущем организовался большой хор при Народном доме.

Литвишко (Сегедина) А. Ф вспоминает: «Мой отец с 6-ти лет пел в хоре Михайловской церкви. Церковь купила ему хорошее зимнее пальто (материально помогала участникам хора). Но так случилось, что как-то по неосторожности мальчик испортил пальто и после этого не стал ходить в хор из боязни. И уже взрослым вернулся в хор, выучил нотную грамоту и многие годы пел потом уже (после закрытия Михайловской церкви) в хоре Казанского храма Божьей Матери».

На лето в летнем саду и на площади сооружалась временная сцена, устанавливались скамейки. Там проходили различные праздничные торжества.

Почти на каждой улице были свои небольшие хоры, и песни разливались весной и летом в выходные и праздничные дни по всей слободе.
С конца 20-х по всей стране развернулась антирелигиозная кампания. В Томаровке она началась с большого «антирелигиозного костра».

Вспоминает Коломацкий Иван Егорович, 1909 года рождения: «В один из вечеров 1929 года накануне престольного праздника, Михайлового дня, был зажжён костёр из конфискованных икон. В огонь были брошены также иконы, которые комсомольцы принесли из дома.

Костёр был разложен на площади возле Михайловской церкви. Иконы, попавшие в «антирелигиозный костёр», были в большинстве своём дорогие, в окладах из натуральной позолоченной фольги. В вечерней темноте эффект был зачаровывающий, искры летели высоко и зарево было впечатляющим. Но «ликований», которые предполагали организаторы костра, не было. Вокруг стояли люди с суровыми, хмурыми лицами и расходились, не дождавшись конца пожарища и «торжественного» митинга. Костёр догорал под присмотром нескольких пожарных».

В этот же период начали, вопреки воле людей, закрывать приходские церкви. Вот фрагмент одного из документов, свидетельствующий об этом.

«Протокол № 5
Совещание АППО коллегии РК ВКП(б) совместно с активом села Томаровки от 21/Х-29 г. Присутствовало 42 человека.
Слушали доклад о закрытии Михайловской церкви Томаровского сельского Совета докладывал т. Ковалёв И. Постановили:
Заслушав и обсудив доклад т. Ковалева по вопросу о закрытии Михайловской церкви в целях пользовании её, в первую очередь, под ссыпку хлеба, т. к. имеющиеся помещения в слободе Томаровка не могут вместить наличие хлебопродукта, и последнему грозит опасность при неблагоприятной погоде оказаться под дождём.
Актив постановил:
– Взять на себя работу по проведению широкой агитации среди прихода Михайловской церкви за закрытие таковой и предоставление под ссыпку зерна».

И храм был закрыт, и до войны он использовался как зернохранилище (Белогорье: краеведческий альманах. 2001. № 3. С. 140–141).
Антирелигиозная пропаганда велась в школах, эту работу вели библиотека, клуб. В резолюции конференции школьных работников города Белгорода от 4 апреля 1929 года говорилось: «В условиях обострения классовой борьбы антирелигиозная пропаганда в школе должна вестись по двум направлениям: по линии программной и по линии клубно-кружковой» (Еженедельник Наркомпроса РСФСР. 1929. № 20–21. С. 47).

26 декабря 1919 года Совнарком принял декрет «О ликвидации безграмотности среди населения РСФСР», согласно которому все граждане в возрасте от 8 до 50 лет, не умеющие писать или читать, должны обучаться в государственных школах по желанию на родном или русском языке (Собрание узаконений и распоряжений рабочего и крестьянского правительства. 1919. № 67. С. 592).

Из сведений о ликвидации неграмотности по Томаровскому району Белгородского округа: на 23 мая 1930 года обучалось грамоте 6 560 человек, из них 1 695 мужчин и 4 865 женщин. По социальному положению неграмотные распределялись следующим образом: 3 рабочих, 192 батрока, 2 985 бедняков, 3 364 середняка и 115 зажиточных. Окончили курс обучения только 5 927 человек.

Интересен перечень учебников для всех групп обучения: букварь «Солнышко» Полякова, задачник «Жизнь и знание в числах» Зенченко, «Тропа к правописанию» Лопырева, задачник «Живой счёт» Звягинцева и другие.

Местным органом власти в 1920 году был Томаровский волисполком, руководил которым (был председателем) до 1922 года Е. Ф. Колосов. Партийную же ячейку возглавлял Марков Михаил Харитонович, а с 1922 года партийная ячейка была преобразована в волостной комитет партии, секретарем был избран тот же М. Х. Марков

В конце 1922 года была создана и волостная комсомольская организация, секретарём которой, был избран Молчанов Павел. С 1922-го по 1924 год председателем волисполкома работал Чупрынин Андрей Степанович. С 1924-го по 1925 год председательствовал присланный Шуран Иосиф Петрович. С 1925-го по 1927 год на посту председателя волисполкома был Гудименко Василий Филиппович.

В начале 20-х годов (1921–1924), когда проходило укрупнение уездов и волостей (ликвидировались слабые в экономическом отношении волости, имеющие небольшую численность населения), в Томаровскую волость были включены: из Висловской волости Белгородского уезда Быковский сельский Совет, Яковлевский сельский Совет, Козьмодемьяновский сельсовет, из Грайворонского уезда Стригуновской волости – Кустовской сельсовет, из Крюковской волости – Зыбинский сельсовет, Локнянский сельсовет, Неведомо-Колодезянский сельсовет, Хотмыжский сельсовет, из Бутовской волости – Бутовский сельсовет, Глинской сельсовет, Драгунский сельсовет, Казацкий сельсовет, Мощёнский сельсовет, Ямненский сельсовет, из Красненской волости (бывший Обоянский уезд) – Раковский сельсовет, Михайловский сельсовет, Ольховатский сельсовет, Калашниковский сельсовет, Красненский сельсовет, Луханинский сельсовет, Юматовский сельсовет, Погореловский сельсовет, Подымовский сельсовет, Алексеевский сельсовет, Завидовский сельсовет.

После окончания Гражданской войны и прочного становления советской власти, в СССР стало развиваться кооперативное движение. До выхода в свет Постановления о сельскохозяйственной кооперации (1927) в Белгородском уезде уже действовало 88 коллективов, которые занимались различными видами деятельности.

Широкое распространение в ту пору получили организуемые различного направления деятельности артели и товарищества (на территории нынешнего Яковлевского района они стали создаваться ещё в 1919 году).

11 ноября 1927 года в Томаровке было создано машинное товарищество «1-е Томаровское» – прообраз будущих МТС.
9 мая 1928 года начало свою деятельность товарищество «Томаровское» (регистрационный номер 379), члены которого занимались выращиванием сахарной свёклы.

В 1928 году Томаровская волость была преобразована в район. Секретарём райкома партии до 1930 года был Плетников.

30-е годы для томаровцев стали переломными. Начался переход от частной собственности к коллективной. Весной 1930 года в Томаровке организовалась сельскохозяйственная артель имени Ворошилова (2-й Томаровский сельский Совет). Процесс этот сначала шёл естественным путём, то есть люди записывались в колхоз добровольно. В первую очередь это были бедные люди, не имевшие возможности обрабатывать свои участки самостоятельно. У них не было лошадей, не было нужного сельхозинвентаря.

Вполне естественно, что томаровцы встретили коллективизацию по-разному: большая часть населения не поддерживала решений Ноябрьского (1929) Пленума ЦК ВКП(б) о сплошной коллективизации.

Главной причиной было, прежде всего, то, что люди были ещё морально не готовы к коллективному хозяйствованию. Протестуя против вступления в колхоз, они убивали скот, прятали хлеб и не хотели сдавать его государству. Некоторые вступившие в колхоз выходили из него, уводя свой скот. На базаре, на улицах, в церкви противники нового строя вели антиколхозную агитацию. Вот некоторые лозунги: «Куда вы выдытэ свою худобу, бо в правлении зибралысь сами раклы, и вся ваша худоба пропадэ», «Жылы вик без колгоспив, та илы хлиб, а колы почалы будувать колгоспы, то сталы голодать».

Был случай, когда трактора выехали в поле пахать колхозный пар, несколько человек напали на трактор, били его железными лопатами, а женщины во главе с Тищенко Прасковьей Леонтьевной избили тракториста и председателя кустколхозобъединения Кузина.

Однако, невзирая на трудности, процесс объединения крестьян набирал силу. Так, к маю в колхоз имени Ворошилова вошли 268 бедняцко-середняцких хозяйств.

Ответственность за ход и итоги коллективизации возлагались на местные органы власти. По решению ноябрьского Пленума для помощи в организации колхозов были командированы рабочие промышленных предприятий – двадцатипятитысячники. В Томаровский район был прислан и успешно руководил бывший мастер Подольского завода швейных машин И. В. Сапронов.

Чтобы привлечь людей в колхоз, применялись различные методы. Одним из методов было «сватовство». Телепин П. (ответственный организатор Томаровского колхоза-гиганта имени Ворошилова) вспоминает: «В правлении колхоза давно присмотрелись к Гончарову Антону Никифоровичу. Он умный, авторитетный человек, честный труженик. Но заявление в колхоз не подавал и этим влиял на крестьян целой улицы. В хозяйстве имел лошадь, корову. Землю семья обрабатывала своим трудом, без батраков. Руководство колхоза имело расчёты на Гончарова. Часто в его семье были наши представители. Зашёл и я с М. И. Поляковым. Радушно приняли нас хозяева.

У горячего самовара мы пили чай с пахучим ржаным хлебом, Говорили о многом. В конце беседы председатель сказал Антону Никифоровичу: «Мы приходили не только чай распивать. Неотложное дело есть. Готовьтесь в колхоз. К вам придут те, кому уж отказать нельзя». Хозяин тепло поблагодарил нас за посещение, за оказанную честь, за хорошие слова, но вступать в колхоз отказался: – Не готов ещё. Подумаю...

Однажды утром к домику Гончаровых, выложенному из красного кирпича, крытого черепицей, пришло 50 старейших по возрасту колхозников. Перед замкнутым двориком они выстроились в шеренгу, обнажили седые головы. Максим Яковлевич Юрченко вошёл в избу Гончаровых. Он пожелал хозяевам доброго здоровья, сказал: «За окном сваты колхоза имени Ворошилова. Они пришли сватать вас в колхоз. Пишите заявление».

Жена и муж Гончаровы быстро оделись в самые лучшие наряды и вышли к сватам. Грянул оркестр, который был слышен на всю Томаровку. Хозяйка дома несла на вытянутых руках, покрытых вышитым рушником, хлеб-соль. Её муж вышел из открытых тесовых ворот, держа правой рукой добротную кобылицу гнедой масти, а левой – высокоудойную «сентименталку» (корова симментальской породы). Гончарова заключили в горячие объятья, а потом начали качать, подбрасывая до крыши. Прогремело троекратное приветствие – троекратный туш.

На звуки музыки почётного сватовства торопливо сходились люди. Это было сватовство в колхоз авторитетных тружеников. Гончаров вошёл в колхоз смело и решительно. Были в работе трудности. Но он не робел. Он умел подойти к людям, помочь им, умел привлечь личным примером».

А вот ещё один метод коллективизации, давший хорошие результаты. Проводились колхозные демонстрации с участием колхозников, комсомольцев, школьников и всех желающих единоличников, бедняков и середняков. Демонстрация проходила по улицам Томаровки, в первую очередь по тем улицам, где коллективизация слабее. На каждой улице проводился летучий митинг. Так, на улице Корчевке (ныне Гвардейская), в один из таких дней, были завербованы почти все середняки и бедняки.

Так, если на 15 мая 1931 года в колхозе имени Ворошилова было 428 хозяйств, то уже на 16-е – 470, на 18-е – 542, на 20-е – 657, на 25-е – 867 хозяйств.

Для развития колхоза требовалась техника, выделенных государством кредитов не хватало. А техника, в основном, закупалась за границей за золото. Активистами начался сбор золота у населения во всех его видах для приобретения нового трактора. И томаровцы пошли навстречу. Максим Яковлевич Юрченко с женой отдали 38 золотых десятирублевок, его брат, Юрченко Иван Яковлевич – 15 пятирублёвых золотых монет. Гончаров Антон Никифорович отдал 10 золотых пятирублёвок, 5 монет по червонцу, серьги, два обручальных кольца. Нельзя сказать, что люди без сожаления расставались со своими ценностями; были и слёзы, и причитания. Но людям хотелось верить, что всё это делается для улучшения их будущего.

Чтобы в дальнейшем не возвращаться в годы коллективизации, уместно будет сказать, что на землях колхоза «Дружба» 70-х годов, в 1929–1934 годах было организовано 18 сельхозартелей: Дубининский сельский Совет: «Красный воин» – хутор Федоренков; «2-я пятилетка» – хутор Дубины, «Страна Советов» – хутор Саенки; Пушкарский сельский Совет: «Красный боевик» – село Домнино, «РККА» – село Пушкарное, имени Молотова – село Пушкарное; «Ранний пахарь» – хутор Красный Отрожек, «Красная Подгорняя» (после войны – «Красное Подгорнее») – село Подгорнее, «Степное» – село Степное, имени Бубнова (во второй половине 30-х годов переименован в колхоз имени Кирова) – населённый пункт неизвестен; Стрелецкий сельский Совет: «Заветы Ильича», «8-е Марта», имени Димитрова, имени Политотдела – село Стрелецкое; 1-й Томаровский сельский Совет: имени Куйбышева – село Томаровка, «Красная поляна» – село Красная Поляна; 2-й Томаровский сельский Совет: имени Ворошилова – село Томаровка.

В 1930 году начинается раскулачивание зажиточного крестьянства. Разные люди попадали в число раскулаченных, в их числе были и такие, которых ссылали в Сибирь.

Некоторым томаровцам помнится, как со станции Белгород эшелон № 310 увозил их родственников на Север. Много было при раскулачивании совершено ошибок. Были случаи, когда при выселении хозяев из дома, всё оставшееся в доме разграбливалось или уничтожалось. Делалось это специальными бригадами из актива.

Бригады приходили в дом, выселяли хозяев (если те ещё не уехали сами). С собой им разрешалось брать одежду, постель и кухонно-столовую утварь.

Томаровец И. Е. Коломацкий вспоминает: «Я помню, как уничтожалась мебель и книги торговопромышленника Калашникова Александра. Дом был из семи комнат с верандой и открытой террасой, обстановка в комнатах была комплектная, лучших венских фабрик. Когда в дом вошла бригада, всё стояло на своих местах, лишь был небольшой беспорядок после ухода хозяев, которые заранее покинули Томаровку. А когда из дома вышла бригада, то в комнатах остались щепки от разбитой мебели, битая посуда. Одна девушка, ростом 180 сантиметров, вскочила на венский диванчик и на нём подпрыгивала до тех пор, пока ноги не провалились сквозь диван. Парень взял железный шкворень и разбил вдребезги зеркало в красивой резной раме из богемского двенадцатимиллиметрового стекла. Всё превратил в щепки и осколки. Большую библиотеку классиков того времени: произведения Толстого, Достоевского, Тургенева и многих других, красивые художественные альбомы, подшивки журналов – погрузили и отправили в утильсырье». Всё это делалось, конечно же, малограмотными или совсем неграмотными людьми.

Всю злобу и ненависть за уничтожение и разорение своих хозяйств раскулаченные крестьяне направляли на председателей сельсовета и колхоза, партийных активистов.

Газета «Ленинский путь», орган Томаровского райкома ВКП(б), райисполкома и райпрофсоюза, за 15 марта 1932 года: «…В слободе Томаровка в ночь на 5 марта 1932 года был зверски убит кулаками председатель 1-го Томаровского сельсовета Переворочаев Иван Васильевич.

Как это случилось?

Переворочаев возвращался ночью домой, он не знал, что во дворе его подстерегали враги-кулаки. Когда он вошел во двор, сразу на него с остервенением они набросились и зверски изуродовали, нанеся несколько ран холодным оружием.
Товарищ Переворочаев умер.
За что убили кулаки товарища Переворочаева? За то, что он активно боролся за дело рабочего класса, за дело крестьян, бедняков и середняков. Боролся с кулачеством, проводя в жизнь решения партии и Советской власти по ликвидации кулака как класса, боролся за укрепление колхозов, выполняя чётко все хозяйственно-политические кампании.
Классовый враг не спит. Нужно усилить бдительность колхозной массы и вести решительную борьбу с классовым врагом-кулаком.
В ответ на зверское убийство т. Переворочаева мы должны усилить выполнение всех хозяйственно-политических кампаний.
Усилить нажим на кулака – ликвидировать его окончательно.
Нестеренко».
А на хуторе Дубины был убит председатель сельского Совета Гребенщиков Иван Андреевич.

Газета «Ленинский путь», орган Томаровского райкома ВКП(б), райисполкома и райпрофсоюза, в номере за 15 июля 1932 года и 29 сентября 1935 года сообщает, что в Томаровке созданы три колхоза: колхоз имени Ворошилова (2-й Томаровский сельский Совет), колхоз имени Куйбышева и колхоз «Красная Поляна» (1-й Томаровский сельский Совет).

Поскольку молодая Советская Республика находилась в постоянной опасности, в 1932 году Томаровский райсовет ОСОАВИАХИМА ко дню 14-й годовщины рабоче-крестьянской Красной Армии организовал 4 учебных пункта с охватом комсомольско-колхозной молодёжи 521 человек.

Учебные пункты были организованы в Дмитриевском, Кустовском, Глинском и Стрелецком сельских Советах. Пункты с успехом окончили военную программу занятий первой ступени. На учебных пунктах была широко разъяснена внешняя и внутренняя политика Советского Союза. Во время занятий Кустовским и Дмитриевским советом ОСО завербовано в члены 297 человек, выписано газет «На страже» 186 экземпляров. Собрано на оборону СССР 160 рублей.

В конце октября 1932 года на окраине слободы Томаровка, за железнодорожной веткой Белгород – Готня было заложено предприятие, основным предназначением которого были переработка птицы и салотопка (последняя так и не начала работать).

Первым организатором, строителем, а затем и директором стал Пётр Иванович Маликов. Проработал он в этой должности три года. После его ухода обязанности директора временно исполнял Андрей Игнатович Кисленко. А уже вскоре руководство предприятием было возложено на Александра Луисовича Василенко, который проработал в этой должности до сентября 1941 года.

Материально-техническая база предприятия ограничивалась несколькими сараями. Это были цех для приёмки птицы, цех для её откорма, база для водоплавающей птицы (гусей, уток), птицеубойный цех с ручной обработкой птицы. Здесь же располагались примитивная котельная, ёмкость для нагрева воды, льдосоляной холодильник, склады и конюшня на три лошади.

После завершения коллективизации Томаровский район в период выполнения первых пятилетних планов был в числе лучших, экономически крепких районов Курской области.

В Томаровке имелось: 1 средняя школа, 1 семилетняя, 2 начальных, библиотека для взрослых и детей, Народный дом, где демонстрировались фильмы, проходили различные культурные мероприятия,

К 1937 году в Томаровской районной больнице было уже 40 коек. Больных обслуживали 5 врачей и 24 работника среднего медперсонала. Три десятилетия, начиная с 1907 года, работал главным врачом больницы А. П. Русанов.

Динамично развивалось в Томаровском районе в предвоенные годы и сельское хозяйство.

Уже в 1941 году средняя урожайность зерновых культур в колхозах составила 12,8 центнера с гектара, что означало достижение цели, поставленной XVIII съездом партии (1939), – дать в ближайшие 3–4 года средний урожай по стране 12–13 центнеров с гектара. Урожай сахарной свёклы в районе был до 223 центнера с гектара. Вся пригодная к распахиванию площадь была полностью освоена.

В довоенный период колхозники Томаровского района получали от 3-х до 5-ти килограммов зерна на трудодень. Район имел высокоразвитое животноводство. На 76-ти конефермах имелось 6 603 лошади, в том числе рабочих – 5 464 головы, племенных – 139 голов и 1 000 голов молодняка.

На 76-ти молочнотоварных фермах содержалось 5 086 голов крупного рогатого скота (КРС). Район имел 5 057 голов свиней, в том числе 1 512 свиноматок, поголовье овец составляло 7 366 голов. На 76-ти птицефермах (ПТФ) содержалось более 31 000 кур.

В сёлах района было 20 семилетних школ, 26 начальных и одна средняя, 24 избы-читальни, 20 колхозных клубов, в 34-х детских яслях дети находились под присмотром. Был в Томаровском районе и колхозный Дом отдыха.

Перед войной Томаровка была полностью радиофицирована, имела свой радиоузел и местное радиовещание. Первым диктором радио была Ноздрачёва Татьяна Игнатьевна.

Типография издавала газету «Ленинский путь», а со 2 июля 1938 года – «Сталинский призыв».

Очень славился организованный в годы коллективизации томаровский духовой оркестр. Это был необычный оркестр, в нём имелось 46 инструментов, в праздничные дни он гремел до темна. Оркестр пользовался заслуженной славой не только в районе, но и в Белгороде, и в Харькове. В нём имелось восемь труб-корнетов, четыре баритона, три первых и три вторых тенора, шесть кларнетов и столько же альтов, три больших и малых барабана, четыре варторнавы и другой инструмент, из них 14 – чисто серебряных.
В годы Великой Отечественной войны 1941–1945 годов
Трудящиеся села в первые дни войны организовали в Томаровке тыловой госпиталь. Молодёжь, комсомольцы ухаживали за ранеными. Когда враг подходил к границам области, колхоз и организации послали многих трудящихся на строительство оборонительных рубежей, окопов, противотанковых рвов.

Томаровский район был занят немцами 22–25 октября 1941 года. Они установили жёстокий режим. Некоторые жители Томаровки помогали устанавливать «новый порядок». Старостой Томаровского района был поставлен Уланский Михаил, уроженец села Алексеевка. В полиции служили Гончаров Николай, Гнилицкий Владимир, Мирошников Анатолий и другие. Немцы выгоняли жителей из домов, забирали их имущество, скот. Молодёжь угоняли в Германию. Всего по району было угнано на каторжные работы 1 875 человек. Большое число жителей района было расстреляно и повешено.

Занятия в Томаровских школах в сентябре 1941 года проводились всего лишь несколько дней, так как линия фронта стремительно приближалась. Здание средней школы № 1 было приспособлено немцами под госпиталь. Здание семилетней школы было частично разрушено, а в уцелевшей половине немцы разместили конюшню и полевую жандармерию. Там устраивались допросы и пытки советских граждан, отсюда уводились люди на расстрел.

Есть данные о том, что во время оккупации фашисты пытались открыть некоторые школы в районе, в том числе и в Томаровке. Инспектором народных училищ в Томаровском районе немцы назначили Дагаева Иосафа Ивановича. Но восстановить нормальную работу школ фашистам не удалось.

Выпуски 1942 и 1943 годов в Томаровских школах не проводились. Часть учителей оставалась на время оккупации в Томаровке, часть выехала и проживала и работала на территории, не занятой немцами.

На зверства немцев население отвечало ненавистью, зверства и муки не сломили их боевого духа. В Томаровке действовала группа подпольщиков. 16 ноября 1941 года на площади Томаровки были повешены Александр Петрович Панов, оставленный по заданию райкома партии для ведения подпольной работы, и Александр Фёдорович Попов, обвинённые в повреждении телефонных проводов, соединяющих немецкий штаб с фронтом. (Сталинский призыв. 1943. 14 октября.)

Боясь очередного гнева со стороны жителей, немцы вырубили в райцентре сады и парки. По району разрушили постройки трёх МТС, взорвали и разрушили 48 школьных зданий, больницы, родильные дома, детские сады.

Вывезти зерно из Архангельского храма, приспособленного под хранилище, не удалось, и оно было сожжено. Внутренность церкви полностью выгорела. Во время оккупации у стен церкви было устроено немецкое солдатское кладбище. После войны храм был разобран и из уцелевшего кирпича построен Дом культуры.

В центре района при втором отступлении взорвали здание РК ВКП(б), райисполкома, средней школы, почтамта, библиотеки, парткабинета, военкомата, госбанка и другие. Вот какие цифры ущерба приводятся в докладе первого секретаря РК ВКП(б) П. Г. Капустина: «За 22 месяца оккупации колхозам был нанесён громадный ущерб, оценённый в 196 933 458 рублей (по району в целом – 715 417 000 рублей).
Немецкие фашисты разграбили у колхозников и единоличников имущества на сумму 533 484 119 рублей.

Немцы предали район огню и разорению. За период оккупации было сожжено и уничтожено 4 150 домов колхозников, 22 750 человек остались без крова.

Немцы забрали у населения более 3 000 голов скота, стёрли с лица земли целые сёла – Козьмодемьянское, Луханино, Черкасское, Яковлево, Дмитриевку, Задельное и другие.

Уничтожено 20 клубов, 3 роддома, не стало 30 детяслей, 42 школ. Разграблены и преданы огню: районный Дом культуры, радиоузел, электростанция, Дом пионеров, все здания районных учреждений, 6 ветродвигателей, 46 ветряных мельниц, 12 артезианских скважин, 66 коровников, 499 зернохранилищ и все конюшни. Десятки разоренных сёл, тысячи ограбленных колхозников и единоличников, сотни расстрелянных и повешенных в Томаровке, Бутово, Яковлево и других».

Было уничтожено 118 конюшен, 27 телятников, 83 овчарника и свинарника, 51 птичник. Были уничтожены 186 тракторов, 19 грузовых машин, 55 комбайнов, 186 культиваторов, 313 сеялок. Угнано из района и забито на месте 4 654 голов крупного рогатого скота, 7 166 овец, 9 566 свиней, 24 тысячи птицы.

Были разрушены постройки промышленных предприятий: маслозавод, птицекомбинат, промартели, 4 кирпичных завода, 8 крупорушек, детский сад, 34 избы-читальни. Много вреда враги нанесли и личным хозяйствам жителей района. Уничтожено и сожжено более 4 000 жилых домов колхозников, рабочих и служащих.

10 февраля 1943 года советские войска Воронежского фронта освободили город Белгород, а 20 февраля был полностью освобождён Томаровский район частями 40-й армии.

Вместе с частями 40-й армии прибыли отдельные коммунисты и работники НКВД. Вновь были организованы районные учреждения, и все силы брошены на очистку дорог от снега для беспрерывного продвижения частей Красной Армии и на мобилизацию пополнения армии из бывших воинов и лиц, подлежащих мобилизации. Жизнь понемногу стала налаживаться.

Но немцы вновь предприняли наступление на Белгородско-Харьковском направлении, и Томаровский район 17–18 марта частично вновь был занят врагом. Оказались свободными Бутово, Черкасское, Завидовка, Раково, Алексеевка, Луханино, Задельное, Козьмодемьянское, Дмитриевка, Яковлево и другие населённые пункты. Райисполком и все учреждения разместились в деревне Ольховка Дмитриевского сельсовета, а затем переехали в Яковлево. Население с прифронтовой зоны было эвакуировано в соседние районы: Ивнянский, Обоянский, Беленихинский. Половина района оставалась свободной до летнего наступления врага на Орловско-Курском направлении.

Немцы на Белгородско-Харьковском направлении имели 7 оборонительных рубежей. Томаровский узел сопротивления был одной из мощных оборонительных систем немецких оккупантов. Линия томаровских мощных укреплений проходила через Мощёное, Старую и Новую Глинку, Томаровку, Кустовое. В августе 1943 года советские войска приступили к ликвидации Томаровско-Борисовской группировки.

Несмотря на упорное сопротивление врага, часть наших стрелковых войск, поддержанных танками, ворвалась на северную окраину Томаровки, а другие подразделения начали обходить немецкие укрепления с запада. К исходу дня советские войска укрепились на восточном берегу реки Ворсклы и бои завязались на северо-восточной окраине Томаровки (район Песочино). Весь день 5 августа шли бои. К 5 часам дня стрелковые части, обойдя Томаровку с востока и запада, прорвались на её окраину, а части, наступавшие с севера, достигли Томаровки. Уличные бои продолжались всю ночь. Гитлеровцы упорно держались – советским войскам пришлось брать штурмом каждую улицу. Боясь окружения и взорвав лучшие здания райцентра, враг начал отступление на Борисовку.

Немногим немцам удалось вырваться из Томаровки. К утру 6 августа томаровский узел сопротивления был ликвидирован, а немецкий гарнизон уничтожен. На улице Капустовка состоялся митинг в честь освобождения района от немецких оккупантов. Улицу Капустовку в память освобождения района томаровцы назвали улицей 6 Августа. («Из военной истории Яковлевского района Белгородской области». Справка старшего научного сотрудника музея-диорамы «Курская битва. Белгородское направление» Морозова А. А.)

Вместе с частями Советской Армии первыми вошли в Томаровку работники РК партии, НКВД, военкомата и другие.

Около 700 томаровцев не вернулись с полей сражения. Они отдали свои жизни за Победу. Два уроженца Томаровки – Шевченко Александр Иосифович и Швец Василий Васильевич – за ратные подвиги были удостоены звания Героя Советского Союза.

Война, разрушив всё, чем пользовались и жили люди, ушла на запад, оставив на наших землях пепел, развалины и всеобщую бедность. Великие трудности пришлось преодолевать жителям как самой Томаровки, так и всего района

Из доклада первого секретаря РК ВКП(б) П. Г. Капустина: «…После освобождения района в августе 1943 года началась тяжелейшая работа по восстановлению всего утраченного.

В 1943 году 42 колхоза не имели ярового посева. Общая площадь освоенных земель равнялась 40 % довоенной. Из них под озимыми культурами использовалось 10 575 гектаров и под яровыми 2 703 гектара.

В колхозах Луханинского, Драгунского, Заделенского, Дмитриевского, Козьмодемьянского и Черкасского сельских Советов большинство семей жили в землянках и приспособленных помещениях. Все хозяйственные постройки в районе пришлось возводить заново.
Советское правительство в первый год после освобождения района оказало значительную помощь нашим колхозам и колхозникам. В августе СНК СССР и ЦК ВКП(б) приняли Постановление «О неотложных мерах по восстановлению хозяйств в районах, освобождаемых от немецкой оккупации».

В 1943 году району на восстановление хозяйства было отпущено 500 000 рублей. Государство разрешило разрабатывать на месте для строительства домов колхозников и хозяйственных построек колхозов строительный лес в таком количестве, которое для этого необходимо.
К 1 января 1944 года колхозники района восстановили и построили с помощью государства 2 254 дома, в том числе в Черкасском – 288 домов, во 2-м Томаровском сельсовете – 253 дома, в Драгунском – 203 дома, в Луханинском – 123, в Стрелецком – 120 домов, в Дмитриевском – 46, в Козьмодемьянском – 141 дом.

Не было ни одного сельсовета, где бы не проводились большие работы по восстановлению и возведению хозяйственных построек колхозов и домов колхозников. В 1943–44 учебном году уже работали 33 начальных школы, 8 семилетних и одна средняя.

Период возрождения колхозов был ознаменован трудовым героизмом колхозников. Не имея достаточного тягла, сельскохозяйственного инвентаря, на полях, пересечённых военными сооружениями, не жалея сил, они работали, осваивая колхозные земли. Колхозники колхоза «1-е Мая» Козьмодемьянского сельсовета в 1944 году вскопали лопатами, вручную, более ста гектаров земли. Вручную копали в колхозах «Заря Востока» и имени Иванова Дмитриевского сельсовета, «Октябрь» Бутовского сельсовета, имени Молотова и «23-я годовщина Октября» Черкасского сельского Совета.

Всего по району в тот год было вскопано и засеяно вручную 1 987 гектаров колхозных полей. В 1945 году таким методом было обработано 367 гектаров. Основным тяглом в колхозах стали коровы колхозников, на которых они часто перевыполняли дневные нормы выработки.
Василенко Павел Николаевич из колхоза «2-я пятилетка» на коровах вспахивал за один день по 0,47–0,52 гектара, П. И. Солодовников из колхоза «Страна Советов» вспахивал по 0,45–0,50 гектара, Елена Крюкова из колхоза «23-я годовщина Октября» за 68 рабочих дней вспахала 28 гектаров вместо 20 по норме.

Колхозники Завидовского, Луханинского, Дмитриевского, Алексеевского и других сельсоветов, не имея достаточного тягла, чтобы завезти семена в колхозы, сами же доставляли (переносили) зерно со станции Томаровка на поля, где это зерно высевали».

Томаровский район до войны славился высокими урожаями зерновых, да и сахарная свёкла давала большие сборы. После войны томаровцам пришлось начинать с нуля. Вот что сказано в том же отчётном докладе первого секретаря: «...Вновь создавались бригады и звенья, которые были призваны решать все вопросы на производстве. В период подготовки к весне 1944 года было создано 179 полеводческих бригад и 795 звеньев».

Поднимая район из руин, трудящиеся оказывали всемерную помощь фронту. Принимали активное участие в реализации денежно-вещевой лотереи 1944 года и собрали на оборону 1 176 000 рублей. Подписались на 3-й государственный военный заём на сумму 2 884 000 рублей и внесли сразу все деньги. Особенно с большим подъёмом прошёл сбор средств на постройку эскадрильи боевых самолётов «Курский колхозник». Труженики района внесли 1 860 000 рублей.

В ответ на этот патриотический подъём И. Сталин прислал телеграмму на имя секретаря РК ВКП(б) и председателя райисполкома: «Передайте привет трудящимся, собравшим 1 860 000 рублей на постройку эскадрильи боевых самолётов «Курский колхозник». Братский привет, благодарность Красной Армии. И. Сталин».

Эта телеграмма воодушевила трудящихся района, и они дополнительно собрали ещё 583 000 рублей.

После войны томаровцам пришлось изрядно потрудиться, чтобы очистить поля от снарядов, мин, разбитых машин. Из обломков умельцы собирали сельхозинвентарь, тракторы. Труженики колхозов в послевоенный год активно включились во Всероссийское социалистическое соревнование за выполнение заданий четвёртого пятилетнего плана. И старики, и дети участвовали в севе первого послевоенного года.
В 1946 году была сильная засуха. Государство предоставило району помощь в виде продовольственной ссуды. Эта помощь вызвала новый трудовой подъём. Весной на коровах люди выехали сеять. Колхозница Евдокия Калашникова предложила Прасковье Кошубиной пахать землю на своих коровах. Почин был поддержан. Полевые работы были проведены вовремя, хотя дети лишились части молока. Но томаровцы интересы коллективного хозяйства поставили выше личных.

В тот год колхоз собрал по 15,3 центнера зерна с каждого гектара. Это был высокий урожай. Колхоз смог выполнить план озимого сева, он полностью обеспечил себя семенами.
Во время второй оккупации немцами Томаровка была сильно разрушена. Но сразу же по освобождении, томаровцы энергично взялись за восстановление родного посёлка. В невероятно сложных условиях налаживалась мирная жизнь. Люди отстраивали свои дома, частично вступали в строй предприятия местной промышленности.

В годы войны пострадали от бомбёжек некоторые здания птицефабрики. В период оккупации немцы использовали помещения предприятия как перевалочные или временные хранилища, поэтому здание холодильника осталось целым. После освобождения Томаровки от фашистов началось восстановление и птицекомбината. Первым директором после Великой Отечественной войны был назначен Фёдор Трофимович Катунин. В течение двух лет почти всё было восстановлено.

Было сильно разрушено здание школы, восстановить его было невозможно. В августе 1943 года силами учителей и учащихся было восстановлено уцелевшее здание бывшей семилетней школы. В нём 1 сентября и начались занятия учащихся средней школы. Занятия проходили в две смены при керосиновых лампах. Не хватало тетрадей, карандашей. Младшие классы школы располагались в другом здании. Директором школы с 1943-го по 1945 год была К. Г. Кузубова, учителей в школе работало 26.

В 1944 году состоялся первый послевоенный выпуск. Среди 18-ти выпускников было 17 девушек и 1 юноша. В 1945 году впервые выпускникам начали вручать «аттестаты зрелости» нового образца. Принимать экзамены у выпускников могла только комиссия учителей с высшим образованием, а так как в Томаровской школе был только один учитель с высшим образованием (Е. П. Барышникова), то выпускников отправили сдавать экзамены в город Белгород. Из 15-ти выпускников экзамены сдали лишь четверо: Добрунова Вера, Олейникова Вера, Иванчихина Надя и Тыщенко Лида.

В мае 1947 года демобилизовался из армии Калашников Виктор Алексеевич, а 1 июля приказом Облоно он был назначен директором Томаровской средней школы. В этой должности Виктор Алексеевич проработал до 1965 года.

В послевоенные годы, когда одолевала масса всевозможных проблем, большое внимание уделялось здравоохранению.

«Правительство и партия проявляют большую заботу о матерях. В конце прошлого года открыт родильный дом в селе Драгунском. В этом году намечается открыть родильные дома в Бутово и Дмитриевке. В районе функционирует молочная кухня, из которой дети получают дополнительное питание». (Сталинский призыв. 1946. 8 марта).

После войны в Томаровке из 3-х храмов остался только один – Казанский. Большие усилия к восстановлению храма после Великой Отечественной войны приложил священник Дмитрий Фомин, служивший в храме с 1947 года в течение 10 лет.

Во время второй немецкой оккупации были сожжены библиотеки. Восстановить их удалось после войны. Фонды были небольшие. За годы войны люди истосковались по книгам. Библиотекари взрослой библиотеки А. Н. Мирошникова и Т. А. Беляева вспоминают: «Среди населения была велика тяга к чтению. Читателей тогда было много (2,5 тысячи человек), а фонд был небольшим. За многими книгами была очередь. К книгам относились бережно, аккуратно. В читальном зале постоянно были люди. Газеты зачитывались до дыр».
Пятидесятые годы XX столетия
А жизнь, двигаясь вперёд, ставила перед людьми новые задачи. Наступил 1950 год, год преобразований в сельском хозяйстве страны. Не осталась в стороне и Томаровка.

«Колхоз-гигант имени Кирова». Под таким заголовком газета «Сталинский призыв» за 27 июля 1950 года рассказывает о слиянии в одно хозяйство томаровских сельскохозяйственных артелей имени Ворошилова, имени Куйбышева, «Красная поляна», Пушкарского колхоза имени Кирова и Кустовского – «Пролетарий». В колхозе-гиганте 1 087 членов колхоза, 7 075 гектаров сельхозугодий, в том числе 5 582 гектаров пашни. Председательская ноша здесь досталась И. В. Филиппенко.

На хуторах двумя неделями раньше также произошло укрупнение хозяйств: «На базе сельхозартелей «Жовтнева революция» Козычевского сельсовета, «Страна Советов», «Вторая пятилетка» и «Красный воин» Дубининского сельсовета создан колхоз «Страна Советов». Председателем избран тов. Голосовский» (Сталинский призыв. 1950. 20 июля (№ 59).

В 1959 году земли колхоза «Страна Советов» были присоединены к колхозу имени Кирова, в результате чего колхоз «Страна Советов» прекратил существование. В результате этого кооперирования образовался сравнительно большой колхоз имени Кирова, который объединил все томаровские и хуторские хозяйства.

Заслуженным уважением в тот период пользовался председатель колхоза И. В. Филиппенко. Группа колхозников была награждена орденами и медалями. Возросли доходы колхоза. Хозяйство купило на свои средства мощную технику в связи с реорганизацией МТС.

В 1960 году было собрано в среднем по 19,2 центнера зерна с каждого гектара на площади 1 970 гектаров. Колхозу было присуждено переходящее Красное знамя.

24 декабря 1962 года на основании решения Белгородского областного Совета депутатов трудящихся колхоз имени Кирова был переименован в колхоз имени Мичурина. А 6 февраля 1964 года решением облисполкома колхоз вновь был переименован – теперь уже в колхоз «Россия». В этот год колхоз находился в границах Борисовского района, а председателем был Николай Родионович Ширлин.
С 12 января 1965 года колхоз «Россия» оказался на территории образованного Яковлевского района.

1965 год явился переломным годом. Колхоз «Россия» (председатель Н. Р. Ширлин) взял курс на развитие специализации и концентрации, и в первую очередь по производству мяса свинины на промышленной основе.

Чтобы освоить проектную мощность свиноводческого комплекса, создать условия для его нормальной работы, в июле 1965 года к хозяйству присоединили колхоз «Искра». Новое хозяйство по желанию колхозников получило название «Дружба». Председателем колхоза избрали Ширлина Николая Родионовича.

В конце 1965 года колхоз «Дружба» насчитывал 30 тракторов, 20 зерновых комбайнов, 49 автомобилей, 37 электромоторов, 231 лошадь.

В расчёте на 100 гектаров сельхозугодий приходилось основных средств на 21,3 тысячи рублей, а на одного работающего – 1,5 тысячи. Выход валовой продукции на 100 гектаров сельхозугодий – 25,8 тысячи рублей, в том числе продукции животноводства – на 14,5 тысячи рублей, а растениеводства – на 11,3 тысячи.

Если в первые годы существования колхозов, ставших праотцами колхоза «Дружба», они не имели ни одного специалиста сельского хозяйства, то к концу 60-х более 20-ти специалистов имели высшее и среднее специальное образование. Колхоз готовил себе кадры: посылал на учёбу в институты и техникумы своих трудящихся.

В 1968 году хозяйство возглавил Самофалов Александр Терентьевич. За высокие достижения в развитии хозяйства он был награждён орденами Октябрьской Революции, Трудового Красного Знамени, многими медалями.

Значительный успех пришёл в 1972 году – колхоз получил 22,9 центнера зерна с каждого гектара, по 238 центнеров кукурузы на силос. От каждой коровы получили по 2 462 килограммов молока. Продали государству 21 631 центнер мяса, план выполнили на 100,5 процента. План продажи молока был выполнен на 103,3 процента, получили чистой прибыли 1 миллион 160 тысяч рублей.

Успех колхоза был высоко оценен Яковлевским райкомом партии и райисполкомом, которые наградили колхоз Красным знаменем. Колхоз «Дружба» получил вторую Всероссийскую денежную премию в сумме 6 300 рублей. Десять членов колхоза за победу в соревновании удостоились правительственных наград.

В 1980 году колхоз «Дружба» был одним из лучших комплексов в области по производству свинины. Государству было продано около 50-ти тысяч центнеров мяса.

Благодаря колоссальному росту механизации труда в поле и на ферме, в 80-е годы чуть ли не вполовину меньшим числом работающих производилось почти в три раза продукции больше, чем в 60-е годы. При максимальном использовании имеющихся возможностей – высокой выработки машин, внесении всех органических удобрений – колхозу удалось достичь наилучших показателей в своей производственной деятельности. Подтверждением тому является отчёт за 1988 год: «В колхозе в тот год было 16 069 гектаров сельхозугодий, в том числе 13 445 гектаров пашни. Сенокосов – 1 020 гектаров, пастбищ – 1 550 гектаров, приусадебных участков – 472 гектара, орошаемых земель – 596 гектаров, осушенных земель – 298 гектаров и 34 гектара прудов.

Крупного рогатого скота – 5 555 голов, в том числе коров – 2 000 голов, свиней – 49 025 голов, лошадей – 80.

В 1988 году намолотили 171 430 центнеров зерна, накопали 238 160 центнеров сахарной свёклы и 159 189 центнеров корнеплодов, заготовили 10 336 центнеров сена, 213 997 центнеров силоса.

В отчётном году колхоз продал на мясо 4 769 центнеров КРС и 49 025 центнеров свиней. Молока было надоено 64 736 центнеров».
Всё это стало возможным, потому что в колхозе было 145 тракторов различных марок и модификаций, 48 комбайнов, 107 автомобилей. Основные фонды хозяйства составляли 31 412 тысяч рублей по ценам 1988 года.

Успехи колхоза стали возможными благодаря труду колхозников (их было 894 человека), руководителей (25) и специалистов(65).

На этот период в колхозе было более 40 человек, награждённых высокими правительственными наградами, самые лучшие из них имеют по две-три таких награды. Три ордена сияют на груди опытнейшего руководителя мехотряда № 4 Н. М. Юрченко, два – на груди начальника мехотряда № 2 В. Е. Фанина и на груди почётного колхозника И. Ф. Лахнова. Заведующая репродуктивной свинофермой, делегат ХХV съезда КПСС зоотехник Самарченкю Зинаида Ильинична за свой вклад в развитие хозяйства была удостоена высокого звания Героя Социалистического Труда. Передовик, механизатор Гученко Владимир Николаевич, делегат ХХVI съезда КПСС, удостоен трёх орденов Трудовой Славы.

С 1988 года началась радикальная перестройка хозяйственных отношений. Колхоз «Дружба» одним из первых в районе перешёл на коллективный подряд с арендной основой.

Перейдя на новые экономические расчёты управления, колхоз заметно окреп экономически. Полный хозрасчёт был построен на арендной основе. Взаимоотношения между хозрасчетными подразделениями и правлением колхоза строились по принципу купли-продажи с использованием расчётных внутрихозяйственных цен.

С начала 90-х годов сельское хозяйство, как и всю экономику, за годы реформ постиг глубокий кризис: паралич власти, разрыв всех хозяйственных связей. Колхоз остался один на один с громадным объёмом работ, особенно в полеводстве, в обработке сахарной свёклы, овощей. Из-за невозможности привлечения рабочих со стороны некому было вести доочистку корней сахарной свёклы, она портилась в кагатах, оставались неубранные площади.

Так колхоз входил в рыночные отношения.

9 октября 1991 года на заседании правления рассматривался вопрос «О формах собственности на землю». Правление колхоза выбрало коллективно-долевую форму собственности и рекомендовало собранию уполномоченных утвердить своё решение. Что и было сделано на ближайшем собрании. А в 1994 году А. Т. Самофалов ушёл с поста председателя, передав бразды правления Александра Николаевна Ермоленко, при которой колхоз «Дружба» 25 декабря 1965 года был преобразован в СПК (сельскохозяйственный производственный кооператив).
Птицекомбинат. Мясокомбинат
В 50-60 годы значительно окрепла материально-техническая база предприятия. Кроме птицы начался забой овец, свиней, крупного рогатого скота. Налажено было мясоперерабатывающее производство.

С 1958 года предприятие прочно утвердилось уже как мясокомбинат, назначением которого стала переработка скота и птицы, выпуск мясных изделий. Много сил и энергии вложил в развитие производства, укрепление материально-технической базы, совершенствование технологических процессов директор мясокомбината с 1954 года (проработал 23 года) Воронин Константин Петрович.

С января 1991 года и до октября 1992 года предприятие работало на аренде. С октября на основании плана приватизации, коллектив выкупил имущество предприятия и стал акционерным обществом закрытого типа.

С 1992 года, несмотря на негативные явления в экономике страны, администрацией предприятия (директор Н. А. Самойлов) было сделано всё, чтобы предприятие не только сохранилось, но и работало, расширялось. В 1995 году был построен новый цех, консервный, с мощностью 12 тысяч банок в смену. Перестраивалась технология производства, согласно условиям рынка, налажен выпуск конкурентоспособной продукции, значительно расширился ассортимент выпускаемой продукции. Комбинат выпускал более ста наименований мясоколбасных изделий.
Молокозавод
Одно из старейших предприятий Томаровки – маслозавод – так же медленно, но уверенно шёл от кустарного производства до современного рентабельного предприятия.

Проектная мощность завода при пуске в 1955 году была 3 тысячи тонн молока в год. Постепенно завод переоснащался, его мощности по переработке возрастали, но он был узкоспециализированным предприятием и 90 % от общего производства составляло масло, 8 % сухое обезжиренное молоко и казеин, 2 % – цельномолочная продукция. В 1975 году завод был реконструирован с целью производства цельномолочной продукции для города Белгорода и отгрузок в Москву сметаны и творога. Были увеличены мощности холодильного оборудования, обновлено оборудование приёмно-аппаратного цеха.

В 1977 году был построен межколхозный цех заменителя цельного молока с установкой плёночных сушилок, общей мощностью 3 тонны сухого молока в сутки. Это решило проблему более полной, комплексной переработки молока, хозяйства района в межсезонный период обеспечивались сухим заменителем цельного молока для выпойки молодняка. Значительно возросла товарность молока в колхозах. Завод в это время перерабатывал уже 27 тысяч тонн в год и являлся одним из передовых предприятий области.

Всё это время предприятие возглавлял бессменно Лопатин Алексей Дмитриевич, который проработал на заводе с начала его пуска и до 1985 года в качестве директора.

В 1985 году цех сушки был реконструирован. Была установлена распылительная сушилка и увеличены мощности по сгущению молока. Мощность цеха возросла до 7-ми тонн сухого молока в сутки, значительно улучшилось его качество.

Постепенно переоснащались все цеха предприятия. Была установлена автоматическая линия по производству творога мощностью 2,5 тонны в сутки, саморазгружающиеся сепараторы. Смонтирована линия по производству казеина, что позволило значительно улучшить его качество и выйти с этой продукцией на экспорт. В 1991 году предприятие на экспорт отгрузило более 200 тонн технического казеина и имело на своём внебалансовом счёте свободно конвертируемую валюту, за счёт чего была приобретена и пущена в эксплуатацию в 1993 году западногерманская линия по производству сыра «Звёздный».

В 1991 году заводом были построены гараж с бытовыми помещениями и новое административное здание завода.
Мощность предприятия достигла 30 тысяч тонн молока в год.

Развитие рынка, мощная конкуренция, как на рынке сырья, так и на рынке продовольствия, спад производства молока в колхозах значительно снизили количество перерабатываемого молока. Продукция завода стала неконкурентоспособной, срочно надо было менять ассортимент и направление.

Был взят курс на производство цельномолочной продукции в расфасованном виде, фасовку других видов продукции.
Авторемзавод
В начале 60-х в нашу область поступили тысячи автомобилей. В процессе эксплуатации возникла острая необходимость их капитального ремонта. Областным объединением «Сельхозтехника» решено было на базе Томаровского отделения «Сельхозтехники» построить авторемонтный завод. В 1967 году такой завод был построен и 1 июля принял в ремонт первые автомобили типа ГАЗ, принадлежащие колхозам и совхозам области.

Время шло. Менялись марки автомобилей на более совершенные, увеличивался объём работ. Завод расстраивался, реконструировались старые цеха.

В 1980 году завод начал выпускать новый вид продукции – водонапорные башни Рожновского БР-15А.

С переходом к рынку уменьшилось количество заказов, как, впрочем, сократился в целом и сам автомобильный парк на предприятиях, в хозяйствах. Единственным выходом было структурное перепрофилирование. Со дня основания завод был сориентирован на 90 % на ремонт автомобилей одного типа, но уже в перестроечные годы стало очевидным, что капитальный ремонт автомобиля со временем «умрёт». Ремонт был сведён к минимуму.

Завод начал медленный переход от ремонта всего спектра сельхозинвентаря и оборудования к его производству.
Собственными средствами специалистов предприятия были разработаны и внедрены в серийное производство загрузчик сеялок, волокуша-толкатель для уборки сена и соломы, четырёхрядная картофелесажалка, окучник для междурядной обработки подсолнечника и кукурузы.
МСО – межколхозная строительная организация
В послевоенное время промартель «Путь вперёд» (кузнечно-обозная) начала расширяться. Был построен новый столярный цех, в котором изготавливались для населения двери, окна, доски для полов. С 1950 года начали делать столы, диваны мягкие, стулья.

В начале 60-х промартель была разделена на две самостоятельные организации: мебельная фабрика и строительно-ремонтное предприятие.
Для мебельной фабрики были построены новые цеха. Фабрика изготавливала мебель различных видов. Продукция реализовывалась в различные регионы нашей страны. Очень большим спросом пользовались у потребителей томаровские кухонные гарнитуры.

В 1959 году в Томаровке была образована межколхозная строительная организация. Она была создана по инициативе и на средства колхозов пайщиков Томаровского района. Сначала предприятие занималось, помимо ремонта животноводческих помещений, откормом крупного рогатого скота на межколхозной основе. Руководство этой организацией осуществлял совет председателей колхозов. В период между созывами совета текущие вопросы решал его председатель. За всю историю строительной организации было избрано три председателя, но «отцом» предприятия считается Чурсин Виктор Андреевич, при котором «Межколхозстрой» превратился в чисто строительную организацию. Под его руководством была создана основная база МПМК.

Только за пятилетие – с 1965-го по 1970 год – строители ввели в строй 363 объекта.

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 26 января 1971 года за успехи, достигнутые в строительстве производственно бытовых и культурных объектов в колхозах, Томаровская СМО была награждена орденом «Знак Почёта».

В 1976 году Томаровская МСО была переименована в МПМК. С 1 июля 1993 года МПМК преобразована в АОЗТ «Томаровская ПМК».
Хлебозавод
Хлебозавод также начинался с очень маленькой пекарни в далёкие 20-е годы. Во время войны пекарня почти полностью была разрушена. В 1944–48 годах основные цеха были восстановлены, а в 1958 году был отстроен новый завод. С каждым годом наращивались мощности, расширялся ассортимент выпускаемой продукции.

В 1982 году завод открыл новый цех по производству напитков. В 1980 году открылся кондитерский цех, а в 1982 году в нём установили новую электропечь КЭП-400. Это дало возможность заводу начать выпуск новых видов продукции: нан «Бухарский», кекс «Шахматный», пряник «Сувенирный», торт «Уралочка» и другие.

В 1994 году для сбыта своей продукции в Томаровке были открыты два магазина, торгующие продукцией предприятия.
Спорт
Физкультура и спорт всегда были неотъемлемой частью жизни томаровцев. Усилению массовой физкультурно-спортивной работы, здоровому отдыху населения способствовало развитие материально-технической базы 70-х годов. В Томаровке 3 больших спортивных зала, стадион, 3 тренажерных зала, спортивный тир.

В разное время предпочтение отдавалось различным видам спорта, и всегда томаровцы имели неплохие спортивные результаты. Первым чемпионом области по тяжёлой атлетике среди сельских спортсменов ДСО «Урожай» в 1959 году был Василий Гнедых.

В то время в Томаровке подобралась сильная и дружная команда тяжелоатлетов. Юрий Махнов выполнил норму мастера спорта, принимая участие в первенстве Вооружённых Сил. Николай Ломов – кандидат в мастера спорта. Владимир Ерёменко выполнил норму 1-го разряда.

Об успехах в лёгкой атлетике говорят победы на областных соревнованиях. Калашников Виктор (мастер спорта по прыжкам в высоту) занял первое место, Артёменко Михаил выполнил норму мастера спорта по метанию копья.

Но футбол был постоянной страстью томаровцев. Очень сильная команда была в 1966 году. Выделялись своей игрой Н. Фальков, Н. Банников, И. Маликов, А. Иванчихин. Именно в это время наши футболисты добились наиболее громкой победы. Со счётом 4:1 был обыгран белгородский «Спартак» – одна из сильнейших команд области. Встреча проходила на томаровском стадионе при огромном скоплении народа.

В 70-е годы на смену пришло новое поколение: В. Нежурин, М. Бондарев, Ю. Рогулин, А. Содовой (чемпион области по лыжам).

В 90-е годы снова начался футбольный бум в Томаровке. Команды принимали участие в турнирах, посвящённых различным знаменательным датам и замечательным землякам, имели неплохие показатели. Во все победы профессиональные знания вложили тренеры И. И. Маликов (трое его воспитанников играли в команде мастеров), А. Д. Груколенко.

Бессменным чемпионом района всегда была волейбольная команда посёлка (тренер Ю. А. Поляков).

20–21 мая 1989 года в областном центре проходила первая рабочая спартакиада районных коллективов физкультуры промышленных предприятий и сельских организаций. В соревновании приняла участие и команда томаровских волейболистов. Она заняла первое место, завоевала кубок, награждена грамотой. 3–12 августа волейболисты приняли участие в соревнованиях на ВДНХ города Москвы.

Спортивные достижения томаровцев приобрели не только областную, но и всероссийскую известность.
С 1984 года начинается история томаровского дзюдо.

Воспитанник спортивной детско-юношеской школы Бондаренко Виталий был 2-кратным призёром первенства России в 1989 году, был участником первенства СССР. Мастер спорта В. Бондаренко сейчас уже сам работает тренером. Его воспитанники также участвуют во многих крупных турнирах и состязаниях и добиваются высоких результатов. Фисько Олег (мастер спорта) был призёром Юга России в 1990 году. Чупрынин Эдуард (кандидат в мастера спорта) – многократный победитель областных и всесоюзных соревнований. Всё это показатель работы человека, беззаветно преданного своему делу, высокого профессионального мастерства, тренера С. И. Ковалёва.
В 1995 году в ведение Администрации посёлка Томаровка входили хутора: Махнов, Цыхманов, Федоренков, Кисленко, Сёмин, Роговой, Болохов. Общая площадь территории составляла 1 118 гектаров. Общая численность населения – 7 770 человек, в том числе на хуторах – 100. Общее число подворий – 2 770, из них на хуторах – 55 подворий.

На территории расположено: различных предприятий – 18, предприятий торговли – 16, школ – 3, библиотек – 3, детский сад, церковь, железнодорожная станция, больница.

NETDO.RU

Бесплатный конструктор сайтов